— Мы не договорили. — Сидя на крышке большого черного стола в его апартаментах на вершине замковой башни, я старался прямо смотреть в серебристые глаза серого стража. Они по обыкновению ничего не выражали, но почему-то мурашки по спине так и бегали. Стараясь сохранять непринужденный вид, я перевел внимание на пару параксанских гончих, расположившихся на полу у рабочего кресла хозяина. Ксант и Аста самозабвенно вылизывали друг другу лоснящиеся шкуры и о нашем присутствии как будто бы забыли. Подобная расслабленность была, конечно же, напускной и, взбреди мне в голову внезапно атаковать Аргуса, эта парочка в мгновение ока превратила бы меня в фарш. По этой причине от резких движений я предпочитал воздерживаться, но все равно упрямо не желал уходить, не получив все ответы.
— Мы поговорим. Но не сейчас.
— Это я слышал и прежде. — Не он один мог изображать из себя упрямца.
Аргус чуть поморщился, и, если бы не серебристые блики, отражавшиеся на его лице от содержимого бассейна, я бы этого даже не заметил. Он приоткрыл рот, как будто намеревался что-то ответить, но, передумав, отвернулся. Его питомцы, почуяв изменения в настроении хозяина, оторвались от своего занятия и навострили уши, однако, сообразив, что никаких приказов не последует, вновь потеряли к происходящему интерес.
— Тебе не кажется, что кабинет — не самое подходящее место для принятия ванн? — поинтересовался я, наблюдая за причудливой игрой света на поверхности гладкой и кажущейся тягучей жидкости. Едкий запах, источаемый бассейном, настойчиво щекотал ноздри, но я упрямо старался не обращать на это внимания.
Аргус не ответил, лишь стал неторопливо разоблачаться, стаскивая с себя амуницию и заляпанную потемневшей кровью одежду. Раздевшись донага, он, по-прежнему не оборачиваясь и без единого слова, с головой погрузился в бассейн и не всплывал на поверхность очень долгое время.
Пожалуй, мне не следовало переживать о том, что Аргус может утонуть в собственной ванне, но отсутствие даже пузырьков воздуха настораживало. Было во всем этом нечто противоестественное, отчего мне только сильнее делалось не по себе.
Соскочив со стола и не обращая внимания на предостерегающее рычание со стороны гончих, я замер у самой кромки бассейна и мысленно погрузился в потоки Теней.
Это нельзя было назвать подглядыванием в прямом смысле слова, поскольку Тени мне ничего не показывали и лишь делились обрывками сведений о текущем состоянии Аргуса. Ментальная техника, с которой любой замшелый лейр справился бы по щелчку пальца. Проблема заключалась в том, что, в отличие от тех же лейров, я подобным вещам обучен не был и все свои манипуляции проводил на уровне «по ходу разберемся». Никакой тонкой работы и деликатности, лишь грубая сила, толкаемая вперед любопытством. И когда мой метафорический «нос» сунулся под воду, я уловил целый сонм противоречивых ощущений и чувств, эпицентром которых сам страж и оказался. Что-то очень и очень странное с ним творилось. Настолько, что заставило меня испытать неподдельный страх. Все знали, что серые стражи куатов далеко переступили за порог того, что принято называть «нормальными людьми», однако столь яркой противоестественности в их природе никак не ожидал встретить лично. Складывалось впечатление, будто две разнополярные, но неопределимые по своей природе силы отчаянно сражались за власть над телом стража.
— Ди? — негромко позвал я, осторожно склонившись над едко-пахнущей жидкостью. Ксант и Аста по-прежнему негромко порыкивали, однако со своего места сходить как будто бы не собирались. — Все в порядке?
Я ожидал чего угодно, но только не резкого и бесцеремонного толчка в солнечное сплетение, заставившего меня отлететь назад и повалиться навзничь, а после еще и ошарашенно вытаращиться на торчавшую из бассейна руку. Мгновением позже появился и ее обладатель. Тренированное тело, еще исполосованное многочисленными шрамами, блестело. Длинные волосы облепили узкое лицо, в призрачном сиянии жидкости кажущееся еще более бледным. От прежнего спокойствия не осталось и следа. Гримаса чудовищной ярости искажала черты, а глаза разбрызгивали серебристое пламя.
— Я просил тебя уйти, — прорычал Аргус, с угрожающей неспешностью выбираясь из бассейна и двигаясь в моем направлении. Его собачки, при этом, поджав хвосты трусливо заскулили и отползли под стол.
Я бы и рад был последовать их примеру, да, загипнотизированный чудовищным взглядом, не мог даже пошевелиться. Тени вопили о смертельной опасности, но при этом сами разбегались перед каждым шагом бывшего стража.