В моем телефоне – фотография спящей меня.
Кто-то был здесь.
Кто-то стоял у изголовья моей кровати и фотографировал меня моим же телефоном. Чтобы теперь напугать до смерти. И, возможно, этот кто-то все еще здесь.
Я пулей вылетела из своей квартиры и решила не возвращаться туда до приезда полиции. Кутаясь в халат, с всклокоченными волосами, не в состоянии связать и двух слов, я вбежала в китайский ресторан, распугивая первых посетителей. Официант сунул мне в руки чашку с теплым чаем и, вежливо объяснив, что я никак не могу спрятаться в подсобке, усадил меня за стол. Я едва дождалась приезда копов. А потом еле-еле смогла объяснить им, что произошло. Зуб на зуб не попадал. Мы вошли в мою квартиру, и мне тут же стало ясно, что я больше не смогу там оставаться.
– У вас есть, к кому поехать? – спросил по-деловому мужчина в униформе, старательно выводя что-то в блокноте. – Мы тщательным образом расследуем этот инцидент, но мой вам совет: если у вас есть хорошие знакомые, то лучше бы вам нагрянуть к ним в гости. Или поселитесь в гостинице.
– Я здесь не останусь, это точно, – кивнула я и стала сгребать и заталкивать в чемодан свои футболки, носки и пачки лекарств.
Потом я позвонила Саймону и напросилась к нему в гости. Мысль о том, что твой парикмахер – единственный человек во всем городе, к которому ты можешь поехать, была просто удручающей.
– Конечно приезжай, – ответил тот. – Мне нужно закончить кое-какие дела, и моя хижина к твоим услугам. Заодно… Скай, я хочу тебе кое-что рассказать. Когда ты приедешь?
– Через пару часов, нормально? Как раз закончу давать показания, верну ключи хозяину квартиры и выкуплю весь запас успокоительного в ближайшей аптеке.
– Саймон! Ау! Я тут.
В ванной шумел душ, на парикмахерском столике грелись щипцы для завивки, и в воздухе ощущался приятный, даже изысканный аромат какого-то шампуня. Я оставила чемодан у порога и прошла в квартиру, в которой мне предстояло провести ближайшие пару дней, пока не найду себе безопасное жилье. Решив не отрывать Саймона от удовольствия понежиться под душем, я принялась разглядывать сувениры на стеллажах, вырезки из глянцевых журналов, корешки книг, маленькие фотографии в деревянных рамках. На всем лежала пыль, и повсюду был легкий беспорядок. Ох уж эти парни. Дому явно не хватало женских рук, и если Саймон позволит, то я попробую отплатить ему чистотой и порядком. Никто не умеет обращаться с тряпкой лучше бывшей официантки! И тут мои глаза, гуляющие по дому, начали замечать вещи, которые ни один парень не купил бы никогда. Подушка с вышитой белочкой. Кружка с розовыми кошками. Занавески персикового цвета. Маленький пузырек красного лака для ногтей, притаившийся в углу полки. И меня осенило, что в комнате пахнет вовсе не шампунем, – это цветочный аромат духов! Или с Саймоном живет девушка, о которой он никогда не говорил. Или…
Я подошла к стеллажам, уставленным фотографиями в рамках, и обомлела, когда нашла то, что искала. На одном из снимков был Саймон в дурацких очках и хорошенькая шатенка, которая…
Саймон и Селена? Саймон и Селена! САЙМОН И СЕЛЕНА!
Он знал ее? Он встречался с ней?! Черт, как это возможно?
Перешагивая через разбросанную на полу одежду, я ринулась к двери ванной и заколотила в дверь:
– Саймон! Это Скай! Ты не открывал, и я решила войти! Саймон, нам нужно поговорить!
Мне никто не ответил, и я, наплевав на все приличия, рванула на себя дверь.
И мой инстинкт самосохранения – ленивый старик, который обычно предпочитал отсиживаться в сторонке, – внезапно подскочил и заорал мне: «БЕГИ!» Посиневшее тело Саймона лежало в переполненной ванне лицом вниз, алая вода лилась через край на пол. В его спине было несколько глубоких черных отверстий…
Оглушенная шумом прилившей к голове крови, я бросилась к входной двери и дернула ручку. Я дергала ее, пока не содрала кожу с пальцев, но так и не смогла открыть дверь. Она была заперта.
– Они были братом и сестрой. Удивительно, что ты не заметила сходство.
Я резко обернулась, продолжая сражаться с дверью. Из смежной комнаты вышла грациозная блондинка с красиво выпрямленными волосами. Женщина, которую я бы предпочла больше никогда в жизни не встречать. И без макияжа и помады сливового цвета она выглядела совсем молодо. Да ей и впрямь не больше тридцати пяти!
– Взяла их к себе на работу, пригрела, но, к сожалению, у них было собственное мнение по любому поводу. А мне не нравятся люди со своим мнением. Они оба пытались спасти тебя, идиоты. Сначала она, когда узнала то, что ей не следовало знать. А потом и он… Лучше бы попытались спасти себя, – сказала Лилит, зажав в губах сигарету и щелкая перед лицом зажигалкой.