Заклинание приняло его мягко и нежно, как воды озера, и тут же отпустило, не дав, как следует, разобраться в ощущениях. Переход запомнился только прохладой, запахом пыли и мгновением абсолютной тишины, в которой можно было расслышать, как кровь бежит по венам. Чем-то это напоминало дверь. В один миг Зинон стоял в тронном зале, а уже в другой – глядел на стены столицы, окруженные мирным народом. Гул железных птиц раздавался всё ближе.
– Мы остаемся? – тихонько спросила Белет, искоса поглядывая на Корсона.
– Да. Зинон?
– Я с вами. Все мои близкие далеко отсюда, хотя я и не уверен, что они до сих пор живы. Ничто не заставит меня бросить их, особенно теперь, когда я увидел истинное лицо короля.
– Уверен? – склонила голову Белет. – Еще не поздно переместить их сюда магией учителя. В новом мире они могут быть в безопасности.
– Не факт, – нахмурился он. – Вдруг там техника сильнее? Вдруг там магии меньше? Если вспыхнет новое сражение, король их не защитит. Здесь, пока мы сражаемся, у нас хотя бы есть шанс.
Зинон посмотрел на Корсона, и тот отрывисто кивнул. Он вглядывался в сторону столицы так, будто кто-то царапал его сердце клинком, и стиснул посох, когда в небе засиял огромный магический круг. Символы закружились в воздухе, выстраиваясь в нужном порядке, а среди людей прокатился удивленный вздох. Все уставились вверх, открыв рты. Магия хлынула ко дворцу, и Зинон поморщился, приложив руку к груди. Рядом тяжело выдохнула Белет, обнимая себя крыльями, и лишь Корсон и бровью не повел. Точно статуя, он застыл на месте, прожигая взглядом магические круги, и ничего не сделал, когда над головой пронеслось несколько железных птиц.
Быстрые, небольшие, юркие, они шмыгнули ко дворцу, отчаянно трепеща неподвижными крыльями, и не было похоже, что техники придумали, как защищать их от магического поля. Полет давался с трудом. Несколько птиц потерялись в пространстве и с обреченным гулом рухнули на землю, напоследок исторгнув из себя людей. Спустя пару мгновений тех подхватило какое-то устройство, замедлившее падение, и теперь они медленно опускались на землю с помощью гигантских простыней на веревочках.
Остальные птицы, кто удержался в воздухе, выстрелили снарядами, которых Зинон прежде не видел. Они выглядели, как пули, но были в разы больше и разгонялись пламенем из хвоста. С невероятной скоростью снаряды полетели к столице, ничуть не виляя, и не меняя траектории, и врезались в стены и землю. Тотчас прогремела серия взрывов. Вспыхнула паника. Раздались крики. Птицы, справившись с головокружением, пошли на второй круг, и Зинон в ужасе уставился вперед, не веря глазам. Наверное, об этих снарядах – «ракетах», как их называл Кроу – и говорилось в мирном послании от техников. Это было действительно страшное оружие.
– Мы им не поможем? – рискнула спросить Белет.
– Нет, – отрезал Корсон.
– Заклинание вот-вот сработает, – догадался Зинон.
И действительно. Магический круг неистово засиял, ослепляя, но не помешал железным птицам выпустить новую партию снарядов. Под аккомпанемент взрывов и всеобщего ужаса столица исчезла. Дворец, дома, скот и люди – все это пропало с куском земли, оставив после себя лишь огромную дыру. Сбитые с толку железные птицы закружились над пустырем, а Корсон резко отвернулся. Его взгляд метал молнии, и Белет с Зиноном больше не рискнули его окликать. Они переглянулись, пожимая плечами, и уставились на него, ожидая приказов.
С губ Корсона сорвалось ругательство. Затем ещё одно. И ещё одно. Поток брани полился, как дождь в засуху, и от этого почему-то становилось грустно. Зинон с трудом представлял, что испытывал Корсон, годами борясь с упрямством короля и его предков, и не понимал, как он продержался так долго. Перемещения между мирами, защита земель из тени, когда каждый ребенок считал его злом во плоти, и попытки придумать, как победить техников – всё это лежали на его плечах. Вопреки здравому смыслу, король не помогал, а лишь усугублял ситуацию. Теперь он и вовсе покинул этот мир, забрав с собой часть подданных, а остальные, оставшись за бортом, ещё даже не знали, что лишились правителя, столицы, друзей и родных.
– Достаточно, – рыкнул Корсон, но не для кого-то другого, а для себя, и прервал поток ругательств. – У нас много работы. Отныне столицей будет Эйтвен, мы немедленно отправляемся туда, чтобы укрепить оборону и собрать там всех выживших.