— Своих не стесняются, Лина, — философски замечаю.
— А ведь Лёня дело говорит. Раз мы опять пропускаем нормальный обед, надо хоть как-то в дороге перекусить, — оживляется Дима.
— Вообще-то, я взял для лошадок, — поясняю. — Неплохо бы с ними подружиться.
— А я что, не человек, как ваши лошади, — бурчит Дима, вытягивает из мешка самую толстую морковку и прячет за пазуху.
Кира несколько секунд борется с совестью, но затем, виновато оглянувшись на Лину, делает точно так же.
— Я понимаю, командир, — оправдывается Кира, покраснев под обличающим взглядом блондинки. — Но Лёня часто оказывается прав.
— Ну и пеняйте на себя, когда поймают, — Линария демонстративно отворачивается.
Тимур, Гворк, Керн, Пик и Патер тут же расхватывают по лакомству, рассовывая их по карманам. Рита же, помешкав, поддерживает Лину.
В дверях бесшумно появляется Серж. Наставник оглядывает наш выстроившийся десяток, задерживает взгляд на подозрительно оттопыренных карманах, но ничего не говорит.
— Почему стоим без ножей? — сухо бросает он.
— Не было приказа получать оружие, мастер, — отзывается Линария, вытягиваясь по стойке смирно.
— Отныне запомните правило: выход за стены замка — всегда с оружием. Без исключений.
— Значит, топор я тоже могу прихватить со склада? — радуюсь я. А то пылится там, как неприкаянный.
— Твой топор останется лежать на хранении до тех пор, пока ты не получишь ранг Бегуна… — Серж вдруг осекается на полуслове. Вспомнил, что мне осталось-то всего два дня до мнимой кончины.
— Ранг Бегуна то, ранг Бегуна сё… — картинно возмущаюсь я, пользуясь его заминкой. — Мастер, может, вы мне еще бандитов и Слепых Гончих запретите убивать без нужного ранга? А то ведь для Новиков это вроде как невозможно. Нарушение устава получается.
— Вальд, — тихо одергивает меня Лина, но я все равно негодующе надуваю щеки, благо они у меня большие и видны даже издалека.
— Новик Леон, свои петиции будешь подавать мне наедине, — Серж теряет терпение. — Поднимите руки: кто умеет ездить верхом?
Руки вскидываем я, Линария, Кира, Тимур и Рита. Ровно половина.
— Вы пятеро сейчас идете на склад за ножами, — Серж кивает на нас. — Остальные отправляются на хозработы. До Конного двора сегодня поедем верхом, нянчиться с пешими я не намерен.
Гворк, Керн, Пик и Патер тяжело вздыхают и грустно плетутся в сторону подсобных помещений. А вот Дима шагает с ними вполне бодро:
— Зато обед не пропустим, — утешает он парней, уже похрустывая украденной морковкой.
Мы впятером с девчонками и Тимуром срываемся с места и бежим к складу вооружения. Ну, вернее, это ребята бегут трусцой. Я же иду спортивным шагом. Полторы капли мяквы жгут внутренности, но ради прокачки [Сопротивления токсинам] дозы приходится повышать. Ничего, потерплю.
Опоясавшись охотничьими ножами, мы топаем обратно. Ну, вернее, это я топаю. Остальные, рванув как обычно, подождали меня у входа, и внутрь конюшни мы заходим все вместе. Мастер Серж велит седлать лошадей.
— И стоило вам нестись, раз всё равно меня ждете? — хмыкаю я, перехватывая тяжелое кожаное седло и помогая Линарии закинуть его на спину ее лошади.
— Это ты должен бегать, а не мы тебя ждать, Вальд, — бурчит блондинка, подтягивая подпругу.
— От того, что я кому-то что-то должен, объективная реальность не изменится.
Линария пристально вглядывается в мое лицо. Моя нездоровая бледнота и испарина не оставляют ей догадок.
— Боги! Ты что, опять травился? — яростно шепчет она, подавшись ко мне. — Ты вообще эту поездку переживешь?
— Ну как же я вас брошу? — отшучиваюсь. Отпускаю ремни ее седла и иду к своей кобыле, белой в яблоках, которую еще предстоит оседлать.
Мастер Серж со своим огромным вороным жеребцом справляется играючи. Закончив первым, он молча ждет нас. Понимая, что практического опыта у нас пока мало, наставник не ругается, а делает короткие дельные замечания: Тимуру указывает на перекрученный повод, а Кире велит проверить, не закусила ли лошадь удила.
— За мной, — наконец командует он. Мы выводим лошадей во двор, вскакиваем в седла и выезжаем за наставником.
Навстречу как раз уныло бредет третья группа Новиков из нашего потока, в которой идет памятная вчера шатенка. Ребята провожают завистливыми взглядами даже меня — толстого Гонца, который умудрился не только не стать посмешищем, но и выбил для своей группы такие преференции, как лесное ориентирование и сегодняшняя поездка верхом.
— Смотрите, жирдяй на коне! — все же вякает кто-то из задних рядов.