Я накладываю пальцы на его запястье и с силой надавливаю на нужные сухожилия. Его пальцы помимо воли разжимаются, отпуская мою кофту.
— Увидимся вечером, брат Симон.
Разворачиваюсь и иду к своим. Лина, шагающая рядом, сокрушенно качает головой.
— Ради чего ты постоянно лезешь на рожон, Вальд?
— Ну, обычно я делал это для того, чтобы спасти тебе жизнь, насколько я помню, — замечаю.
Лина вздыхает.
— Но сегодня на тренировке я говорил про гордость. Ты же помнишь?
— Я также помню, что ты еще говорил про разумную цену за сохранение этой самой гордости! — она всплескивает руками. — Симон — Бегун, Лёня!
— А я тогда кто? — усмехаюсь.
Она хлопает глазами, чуть притормозив, и вглядывается в мое лицо. Пазл в ее голове складывается.
— Я… я догадывалась, что ты смог развить активный навык, и именно поэтому выжил под ядом. Но это казалось невозможным за такой срок.
— Оказалось возможным.
Блондинка хватает меня за руку.
— Всё позади? Твой канал не исчезнет?
— Мои каналы, Лина. Их у меня уже пять, — поправляю.
Она тепло улыбается, и тревога в ее глазах немного отступает.
— Это радует.
— По твоим же словам, я уже сделал невозможное. Так разве стоит мне теперь бояться Бегуна Симона с его уязвленным самолюбием? — спрашиваю.
Она кивает, принимая мою правоту.
— Будь осторожен.
Тимур нетерпеливо машет рукой с верхней ступеньки:
— Вы что-то долго там застряли. Пора на занятия, мастер Торпелес уже позвал.
Я начинаю подниматься по лестнице следом за Линой. В голове, минуя барабанные перепонки, раздается холодный, резонирующий голос:
— Новик Леон, ты сегодня не идешь на общую «Работу с маной». Сверни и иди в западную калитку.
Хм, неожиданно. Остается только надеяться, что Первый Мастер не затаил злобу за мой вчерашний демарш в его кабинете, и зовет на индивидуальную беседу не для того, чтобы по-тихому прикопать в лесочке.
— Лина, меня вызывает Первый Мастер, — негромко бросаю девушке. Она оборачивается и тревожно хмурит лоб, но я лишь успокаивающе улыбаюсь.
Остальные ребята из потока уже скрылись за дверями здания и не видят, как я отделяюсь.
— Правая тропинка до развилки, затем направо, — продолжает диктовать инструкции голос в моей голове, стоит мне выйти за стену.
Следуя этому внутреннему навигатору, я выхожу к цели. Жорж неподвижно стоит у ели. На одной из толстых веток над его головой сидит красный ворон.
— Первый Мастер, — приветствую, склонившись. Моя не привыкшая к поклонам спина, да еще и забитая после утренних приседаний с бревном, гнется с большим трудом. Не привык я к таким раболепным расшаркиваниям.
— Знаешь, в чем заключается главная проблема Пульсирующих, Леон? — без предисловий спрашивает Жорж. Он поднимает с земли смолистую еловую шишку и задумчиво подкидывает ее на ладони.
— Кроме того, что большинство из них умирает еще в младенчестве? — уточняю. — Наверное, в отсутствии методик для медитации и развития.
— Зришь в корень, — Жорж вдруг без замаха, коротким кистевым движением швыряет шишку в высокую траву.
Снаряд уходит с такой дикой кинетической силой, будто вылетел из пращи. Раздается глухой удар — и прятавшийся там заяц замертво падает с пробитым черепом. В ту же секунду красный ворон камнем срывается с ветки и с жадным клекотом бросается клевать еще теплую тушку.
А Жорж продолжает разговор как ни в чем не бывало:
— Из-за Пульсации у тебя отличается структура ядра. Поэтому многие стандартные активные навыки, необходимые Гонцам для выживания, тебе попросту не подойдут.
— Какие, например? — я заставляю себя игнорировать кровавый пир ворона и смотрю прямо на мастера.
— Мана-щит, к примеру, — Жорж небрежно касается ладонью ствола ели.
Дерево вдруг с громким треском оживает. Не иначе как под воздействием высокоуровневого активного навыка, десяток толстых ветвей резко сгибаются и с огромной скоростью бьют прямо по Первому Мастеру. Но ни одна из них не достигает цели. Они замирают всего в нескольких сантиметрах от его тела, наткнувшись на невидимую преграду, и плотно облепляют Жоржа со всех сторон, образовав идеальный кокон. Ветви продолжают давить, но безуспешно.
— Хорошая защитная активка, согласись?
— Неплохая, — небрежно отвечаю.
Ну и представление он мне устроил. С одной стороны жутковатый ворон рвет зайца, с другой — Первый Мастер ветками фокусы показывает. Сюрреализм.
— И тебе она недоступна. Пульсирующая мана не сможет удержать один ритм даже в течение нескольких секунд, и щит неизбежно спадет, — Жорж делает быстрый жест, и ветви ели со скрипом возвращаются на свои места, распрямляясь. — Также тебе не подойдет и Пелена скрытности. Тебе придется найти собственный навык защиты, чтобы выжить на передовой. И мы оба прекрасно знаем, как именно ты это сделаешь.