— Нет, мы больше не враждуем! Я вообще не помню, из-за чего мы сцепились! — поспешно открещивается Горх.
— И я тоже! — поддакивает Пурк.
— Бог грома! Поединок официально завершен, победила дружба! — торжественно восклицаю я и торопливо опускаю молот на землю. Очень вовремя — эффект облегчения как раз спадает, и сталь резко наливается неподъемным весом, едва не вывернув мне кисть. — Продолжаем марш!
Дикари начинают расходиться, возбужденно переговариваясь об увиденном. Сив молча забирает у меня свой молот. Вождь разглядывает мои предплечья — обычные руки, без торчащих буграми мускулов, как у него самого. Физика произошедшего явно не укладывается в его голове.
Я подхожу к своей лошади, Рита и Дима шагают следом.
— Ты теперь верхом ездишь? — Рита смотрит на меня с завистью.
— Я же теперь предводитель горцев, — иронично улыбаюсь я и забираюсь в седло низенькой лошадки. — По новому статусу положено не топтать грязь.
— Смотри не зазнавайся только, — фыркает брюнетка.
— Как там Батон? Кормили его?
— Да, я сама всё сделала, — с гордостью отчитывается Рита.
Ага, на ближайшем привале надо будет проведать своего ездового зверя. Но для этого нужно срочно начинать движение, иначе мастер Серж скоро сам сюда придет и намылит шеи всем горцам за срыв марша.
— Ладно, мы пошли к своим, — Рита кивает и уходит, Димон топает за ней.
Авангард наконец-то начинает двигаться дальше. Новых драк пока не назревает, поэтому я равняю свою лошадь с лошадью Сива и решаю прояснить не дающий мне покоя вопрос.
— Вождь Сив, а чего вы вообще на нас полезли? Вы ведь явно нас ждали. Подготовить такой мощный каменный завал — это уйма времени и сил. А значит, вы точно знали, что именно по этой дороге и именно сегодня кто-то пойдет. Опять же, вы не дураки: на регулярные отряды Королевской армии или Гильдии лезть себе дороже, если нет точной информации о добыче.
— Так мы и ждали, — без малейших обиняков признается Сив, не видя смысла скрывать. — Нам наемник Горд точную наводку на вашу колонну дал.
— Горд? А он чей человек? Случаем не на Дизрингов работает?
— Вроде как раз на них сейчас, да.
Ну вот, пазл и сложился, как я и думал. Не удивлюсь, если этот наемник еще и какой-нибудь родственник Битча. По-любому Гильдия после того инцидента в Училище пыталась найти и прижать отца Битча, но он сто пудов вовремя сбежал. И теперь, затаив злобу, он просто натравил горцев, чтобы чужими руками доделать сорванный заказ, а заодно и отомстить за своего сынка.
Дальнейший марш я использую для того, чтобы досконально разобраться в механике нового приобретения. В седле я раз за разом прогоняю топор через активный навык, то максимально облегчая его до состояния невесомой тростинки, то критически утяжеляя до плотности свинцовой чушки. На седьмой попытке подряд навык захлебывается, и оружие отказывается менять массу. Каналы маны перегреваются что ли? Я засекаю время. После пятиминутной передышки способность снова становится активной, стабильно выдавая еще семь зарядов.
Разобравшись с «Облегчением», я решаю попрактиковаться в дистанционных атаках. Выпросив у горцев пращу и мешочек камней, я начинаю пробовать навык [Бронебойный Импульс]. Как показывает практика, Системе абсолютно плевать на форму снаряда — магия отлично ложится и на обычный булыжник.
Я вливаю энергию, раскручиваю ремни и отправляю снаряд в цель. Внешне напитанный камень вообще никак не меняется — ни дурацкого свечения, ни искр. Но когда этот булыжник врезается в толстую ветку проносящегося мимо дерева, раздается пушечный треск. Кинетическая энергия от импульса сносит начисто, расщепляя в щепки. Страшно представить, что такой снаряд сделает с человеческим черепом.
М-да, с таким арсеналом навыков я постепенно становлюсь по-настоящему опасным Гонцом. Только быстро бегать я так до сих пор и не научился.
Воспользовавшись первой же полноценной остановкой, я оставляю авангард и иду в основной лагерь Гонцов, чтобы проведать Батона и напоить его молоком. А то непорядок получается: ездовой зверь мой, а ухаживают и кормят его исключительно Кира с Ритой. Надо проявлять ответственность за Питомца.
Скормив лосенку пайку и перекинувшись парой слов со своими, я возвращаюсь на позиции дикарей. Привычка заставляет меня автоматически пробежаться глазами по строю, и я тут же запинаюсь. На одного головореза стало меньше. Я пересчитываю по головам — и правда, двадцать девять.
— Куда-то один боец пропал, — недовольно замечаю я, подходя к вожаку.
Сив в этот момент флегматично ковыряется в зубах острой щепкой после перекуса.