Будит меня резкий толчок и вспышка света прямо перед лицом. Я распахиваю глаза и в шоке замираю: в ткани палатки зияет свежая рваная дыра, а само копье, пробившее ее насквозь, бессильно отскакивает и падает вниз. Всего в сантиметре от моего носа острие с глухим звоном врезалось в невидимую мерцающую преграду и рухнуло на землю, так и не достав цель. Тут же перед глазами выскакивает системное уведомление:
⚙️ [СРАБОТАЛА ЗАЩИТА АРТЕФАКТА]
🔍 [Анализ свойств: кулон генерирует кинетическое защитное поле при угрозе физического удара]
Я хлопаю глазами, окончательно просыпаясь. Хорошо, что не снял кулон.
Снаружи раздаются крики, звон стали и шум схватки. Я смотрю на упавшее копье и замечаю на древке характерный меховой венчик. Я точно помню эту деталь — именно это копье было прикреплено к седлу Триги. Первая и самая логичная мысль: начался бунт, и мои же дикари решили меня прикончить!
Схватив свой топор, я пулей вылетаю из палатки, готовый дорого продать свою жизнь. Но, оказавшись снаружи, резко торможу. Лагерь кипит боем, вот только бьются мои подопечные не с Гонцами, а с какими-то совершенно незнакомыми дикарями, которые напали на нас под покровом ночи.
Времени на раздумья нет. Прямо по курсу вождь Сив отбивается сразу от двоих чужаков. Я подбегаю сзади к одному из нападающих и с размаху бью его топором по руке. Моя цель — просто обезоружить и вывести врага из строя, не убивая, чтобы потом, может, и допросить. Удар достигает цели, чужак вопит и роняет оружие, но мои гуманные намерения тут же летят в пропасть: Сив, не теряя ни секунды, делает шаг вперед и своим жутким молотом просто сносит раненому полчерепа.
В этот момент Система снова бьет по нервам:
⚠️ [УГРОЗА: Атака в голову!]
Я инстинктивно оборачиваюсь и резко пригибаюсь. Копье другого врага летит сверху вниз прямо мне в лицо. Я успеваю увернуться, но лезвие все равно должно было распороть мне плечо. Снова вспыхивает защитное поле кулона, отбрасывая острие, и Система выдает сводку:
⚙️ [ПОГЛОЩЕНИЕ УРОНА. Внимание: прочность барьера снижена]
🔋 [Анализ: Артефакт разряжается. Ориентировочный остаток прочности: 2–3 попадания]
«Графиня, спасибо, подарок просто классный! — лихорадочно думаю я, отскакивая в сторону и крепче перехватывая топор. — Вот только знать бы еще, как эту штуку заряжать. Ладно, лимиты ясны, теперь лучше под удары вообще не подставляться!»
Ночной лагерь разрывается криками и ржанием лошадей. В стороне всадник теснит Тригу, почти втаптывая дикарку копытами своего коня в землю. Времени на разбег нет. Я хватаю подаренную горцами пращу, вкладываю в нее камень и применяю связку навыков. Сначала накидываю на снаряд [Облегчение] — невесомый камень позволяет мне за секунду раскрутить пращу до немыслимой, свистящей скорости. А за мгновение до броска я отменяю первый навык и вливаю в булыжник [Бронебойный Импульс].
Заряженный маной снаряд врезается в грудь всадника, пробивая толстую меховую накидку, которая может служить легкой броней. Удар такой чудовищной силы просто сносит врага с коня, отбрасывая в темноту и спасая Тригу.
Потеряв преимущество внезапности, нападавшие дикари спешно отступают и растворяются во мраке. Я подхожу к Сиву.
— Кто это вообще такие были?
Вождь презрительно сплевывает под ноги.
— Племя Рыжих Козлов. Давно с ними враждуем. Решили, гниды, тайком ночью напасть.
— С чего бы это? — хмурюсь я.
— В прошлый раз мы точно так же тайком ночью на них напали, — невозмутимо пожимает плечами Сив.
— То есть вы их сейчас осуждаете за то, что они использовали вашу же тактику? — хмыкаю.
— Конечно! Нам-то можно! — возмущается вождь. — Когда мы нападаем, мы их убиваем. А тут они пытались убить нас. Разница же очевидна!
Спорить с этой философией непрактично. Я разворачиваюсь и иду к своей поваленной палатке.
— Если вы еще раз разбудите меня посреди ночи из-за такой ерунды, я вас лично в этот костер покидаю! — рявкаю я напоследок.
И это срабатывает: дикари уважают только грубую силу и наглость, так что мои слова они воспринимают с должным пиететом.
Пока я заново ставлю палатку, в лагерь вбегают дозорные Бегуны во главе с мастером Сержем.
— Что тут стряслось? — Серж цепко оглядывает трупы и раненых.
— Местные разборки, — отмахиваюсь я. — Соседние дикари заглянули на огонек.
— Забавно, — хмыкает Серж, теряя к ситуации интерес. — Раз сами справились, мы возвращаемся.