Вокруг какой-то массы, перегородившей проход, сновали люди. Под углом к стене возвышался огромный ящик с широко распахнутой дверью. Оттуда струился яркий свет. Чьи-то руки помогли мне пролезть в дверь, и я увидел провода, катушки, соединительные коробки, прикрепленные скобами к некрашеному светлому дереву. Люди в белой форме сгрудились на узком пространстве, помогая мне побыстрее забраться внутрь.
— Все по счету, — закричал кто-то. — Ищите кнопку, да побыстрее!
Прозвучал выстрел, и пуля отколола от дерева несколько щепок. Дверь со звоном закрылась, и ящик задрожал. Грохот превратился в оглушительный вой, делающийся все пронзительней и пронзительней, пока не пересек пределов слышимости.
Кто-то схватил меня за руку.
— Бог мой, Брайан, какие кошмары вы, должно быть, перенесли в этом ужасном мире!
Это был Рихтгофен.
— Теперь все позади, — засмеялся я. — Вы прибыли удивительно точно, сэр.
— Мы круглосуточно прослушивали вашу волну, надеясь поймать какой-нибудь сигнал от вас, — кивнув головой Манфред. — Мы не теряли надежды. Четыре часа назад наш оператор принял на вашей волне какое-то попискивание. Мы проследили за его направлением и обнаружили, что оно исходит из винных подвалов.
Патрульный шаттл не смог бы поместиться здесь — он довольно громоздкий. Поэтому мы сколотили вот этот ящик и прибыли сюда.
— Быстрая работа. — сказал я, подумав об опасностях путешествия через убийственную Зону Поражения в этом, наспех сколоченном из сосновых досок, ящике. Я почувствовал гордость за людей Империума.
— Дайте место полковнику Байарду, друзья, — сказал кто-то. Мне освободили место на полу, подстелив для удобства чей-то китель. Я улегся на этот импровизированный матрац и сейчас же отключился. Сквозь сон я слышал голос Рихтгофена, но смысла слов не понимал.
Что-то меня беспокоило во сне, что-то я хотел сказать. О чем-то предупредить Рихтгофена, но никак не мог вспомнить.
Глава XIV
Я лежал на чистой постели, комнату заливал солнечный свет. Эта комната была немного похожа на другую, где не так давно я тоже приходил в себя, с той только разницей, что сейчас у моей кровати сидела Барбро и вязала лыжную шапочку из красной шерсти. Она сделала высокую прическу, и солнце, медно-красное солнце, просвечивало через это удивительное сооружение. У нее был нежный взгляд, безукоризненные черты лица, и мне нравилось лежать и смотреть на нее. Она приходила ко мне каждый день и читала мне, беседовала, кормила меня бульоном и взбивала мои подушки. Мое выздоровление шло быстро.
— Если бы ты был умницей, Брайан, — сказала она как-то, — и съел бы весь бульон, то, наверное, к завтрашнему вечеру у тебя было бы достаточно сил, чтобы принять приглашение короля.
— Ну что ж, — засмеялся я. — Договорились.
— Императорский бал, — пояснила Барбро, — наиболее выдающееся событие года. Все три короля и император вместе со своими женами прибудут на праздник.
Я не ответил. Существовало нечто, что я никак не мог осознать. Я оставил все проблемы, связанные с миром В-І-два, людям из Разведки Империума, но относительно Бейла я знал несравненно больше, чем они! Я думал о последнем крупном событии — императорском празднике и возможном нападении. Полагаю, что на этот раз у каждого мужчины будет крохотный пистолет, такой, как у меня под расшитыми рукавами. Но тогда сражение в зале было просто отвлекающим маневром, организованным для того, чтобы команда головорезов могла установить в саду атомную бомбу.
Я резко выпрямился. И бомбу передали Бейлу! Поскольку сейчас Империум наблюдал за неопознанными аппаратами Максони, возможность для неожиданного нападения полностью исключалась. Но теперь ведь не нужно было привозить сюда бомбу! Бейл располагал ею здесь!
— Что с тобой, Брайан? — спросила Барбро, наклоняясь ко мне.
— Что сделал Бейл с той бомбой, — спросил я, — которую пытались установить в летнем дворце? Где она сейчас?
— Не знаю. Ее передали инспектору Бейлу.
— Когда прибывают королевские семьи для участия в императорском бале? — перебил я ее.
— Они уже в городе. Во дворце Дроттингхольм.
Я почувствовал, как мое сердце забилось чаще. Бейл не упустит такой возможности. Раз три короля здесь, в городе, и где-то неподалеку упрятана атомная бомба, то он должен действовать. Одним ударом он может уничтожить все руководство Империума, а уж затем идти на штурм. Против его атомного оружия сопротивление бессмысленно.