— Понятно, — кивнул я. Когда-то мне уже приходилось слышать нечто подобное из уст Винтера, Рихтгофена и других — тогда я только прибыл в Стокгольм О-О.
— Моя миссия, — продолжал Дзок, — заключалась в том, чтобы выяснить, кто стоит за этими рейдами хегрунов. Знали бы вы, сколько хлопот доставляет Власти эта охота за рабами! Ведь они частенько заходят на нашу территорию! Я должен был на основании обследования выдать рекомендации по устранению этих рейдов. Но похоже, что я недооценил хегрунов. Меня арестовали через четверть часа после прибытия.
— А английский вы изучали во время визита в наш сектор? — поинтересовался я.
— Я лично никогда не был в Зоне, но языковые библиотеки нашего Центра имеют записи всех диалектов.
— Ваши друзья знают, где вы находитесь?
Дзок вздохнул.
— Боюсь, что нет. Я хотел выслужиться. Теперь я понимаю, что был неправ, но уже поздно. Я представлял, как вернусь в штаб и представлю готовое решение. А вместо этого… Ну что ж, через некоторое время они, конечно, заметят мое отсутствие и займутся поисками. А тем временем…
— Что тем временем? — забеспокоился я.
— Я могу только надеяться, что мои друзья окажутся здесь раньше, чем придет моя очередь.
— Ваша очередь для чего?
— А вы разве не знаете, старина? Да, конечно, не знаете. Ведь вы раньше никогда не слыхали о хегрунах. И не знаете их языка. Все объясняется недостатком продуктов в их мире. Хегруны — каннибалы! Пленники, которым не удается доказать свою полезность, подлежат уничтожению, а их тела идут в пищу.
— И сколько же времени нам отпущено? — спросил я.
— Я нахожусь здесь около… по вашим меркам, трех недель… Когда я впервые попал в эту камеру, здесь уже находилось двое бедняг. Парочка рабов с низким уровнем интеллекта. Насколько я смог определить, они сидели уже две недели. И вот только позавчера их увели. Думаю, давали обед в честь высокого начальства. Так что, мой друг, недели две мне отпущено.
Я, кажется, начал понимать агента Дзока. За его беззаботным тоном скрывался страх, что он может раньше времени оказаться в глотке хегрунов.
— В таком случае, я предлагаю немного поразмыслить над проблемой дальнейшего пребывания здесь, — заметил я.
— У меня есть кое-какие идеи относительно этого, — кивнул головой Дзок. — но это потребует усилий двух человек.
— В чем же заключается ваш план?
— Нас охраняют двое хегрунов, которые находятся в коридоре. Нам необходимо будет заманить одного из них сюда и расправиться с ним. Думаю, это будет не слишком трудно.
— А как же второй?
— Это несколько сложнее, но тоже вполне выполнимо. Я здесь припрятал кое-что из моего снаряжения. Кроме того, по памяти я нарисовал схематический план этого храма. Нам важно преодолеть около двух сотен ярдов, прежде чем мы попадем в боковой проход, который я наметил для побега. Будем надеяться, что не встретим на протяжении этих длинных ярдов ни одного хегруна, так как ваша маскировка не выдержит близкого рассмотрения.
— Маскировка? — Мне казалось, я вижу кошмарный сон алкоголика. — А под кого я буду маскироваться? Дракулу или Человека-Волка?
Голова у меня кружилась, глаза слипались. Я свернулся калачиком на куче тряпья. Голос Дзока доносился как бы издалека.
— Отдохните как следует, а я все приготовлю. Только после этого мы осуществим свой план.
Я проснулся от звука голосов — визгливых и сердитых. Я сел, протирая глаза. Дзок сказал что-то миролюбивым тоном, и в ответ раздался писклявый голос, больше похожий на крик рассерженной крысы, чем на голос разумного существа. Я почувствовал запах хегруна. Даже в затхлом воздухе камеры вонь рассерженного гориллообразного человека не давала дышать. Туземец влез внутрь нашей камеры, что меня поразило.
— Лежите тихо и не издавайте ни звука, англик, — сказал Дзок тем же спокойным и тихим голосом, которым он обращался к хегруну. — Это пришли за мной, похоже, что мое время истекло.
Дзок сказал что-то визгливо. Хегрун заворчал и сплюнул. Я увидел, как протянулась его рука. Увидел, как Дзок нагнулся и сильно ударил охранника. Тот заворчал, пошатнулся, но руки не отнял. Я вскочил на ноги, пистолет выскочил из кобуры и лег на ладонь. Не медля ни секунды, я выстрелил. Хегрун покачнулся и повалился на пол. С полминуты он судорожно корчился, издавал странные завывания, но вскоре затих. Я вытер лицо и почувствовал запах крови. Повернувшись к Дзоку, я увидел, что он лежит, распластавшись на полу и держась за руку.
— Вы обманули меня, англик, — прошептал он. — Но это было чертовски хорошее представление. Оказывается, у вас есть оружие.