— Уходим, Молот, — прошептала тень. Это был Гастон.
— Я и ухожу, — запинаясь произнес я потрясенно. — Только не пробуй остановить меня.
В мозгу пронеслась смутная мысль о ловушке, не зря же он назвал меня Молотом.
Я повернулся и тихо пошел вперед. Я пока не знал, куда иду, главное сейчас было идти, не показывая, как я напуган.
Гастон шел за мной.
— Я пойду с тобой, — прошептал он. — Интересно, и куда это ты думаешь податься? Последние несколько дней ты не давал себе отдыха.
У меня не было никаких шансов.
— Ты еще больше нервничаешь, чем я, Молот, — сказал Гастон. — На твоем месте я ушел бы еще неделю назад. Должно быть, ты сильно хотел взглянуть на Большого Босса, иначе зачем торчал здесь?
— По-моему, я достаточно насмотрелся сегодня, — хмуро ответил я. — Не хочу больше никого видеть.
— Ты видел его? — заинтересовался Гастон.
— Нет, — сказал я. — Я не видел его лица. Но я перестал быть любопытным.
Гастон тихо рассмеялся.
— О’кэй, шеф, — сказал он и протянул мне какую-то карточку, на которой было что-то нацарапано. — Может быть, это принесет тебе хоть какую-то пользу. Это адрес Большого Босса. Я украл его. Это все, что я смог сделать. А теперь давай побыстрее сматываться отсюда.
Я сунул карточку в карман. Мне было немного не по себе.
— Минутку, Гастон. Ты собираешься помочь мне бежать?
— Грос велел, чтобы я не спускал с тебя глаз. Он очень хотел, чтобы с тобой не случилось ничего. А я всегда выполняю приказы моего брата, пусть даже его уже нет в живых.
— Твой брат? — я в изумлении остановился.
— Грос был моим братом, — повторил Гастон. — Мне, конечно, далеко до него, но он всегда заботился обо мне. А я всегда выполнял его приказы. Он сказал, чтобы я присматривал за тобой, Молот.
— А как же они? — спросил я, указывая в сторону дома. — Им может здорово не понравиться наше отсутствие.
Гастон сплюнул.
— К черту этих обезьян, — со злобой сказал он. — Я дрожу от ярости, когда вижу их.
У меня вдруг стало радостно на душе.
— Послушай, Гастон, не можешь ли ты вернуться в дом и принести сюда мой мундир?
Гастон показал мне какой-то мешок.
— Я подумал, что тебе может пригодиться этот мундир, Молот, — сказал он. — С Миче ты поступил очень необычным способом.
Он протянул мне узел.
— Гастон, — сказал я. — Ты чудо! А не принес ли ты вместе с мундиром и такую маленькую штуковину, которую я прятал за запястьем?
— По-моему, я кинул ее в мешок, — кивнул Гастон. — Кто-то украл диковинные перчатки, которые ты держал у себя за поясом. Поверь, мне их очень жаль.
Я склонился над мундиром и нащупал что-то плотное в кармане. С пистолетом в руке я был готов покорить весь мир.
— Можешь не вздыхать об этих перчатках, — сказал я, пристегивая к предплечью пистолет.
Я сбросил больничную пижаму и натянул мундир, посмотрел на дом — все было спокойно. Уже стемнело. Настало время уходить!
Через пятьдесят шагов дом был уже не виден. Стена и высокие кусты не пропускали света из окон первого этажа, а верхняя часть дома была неосвещена. Я выбрал в качестве ориентира яркую звезду и, спотыкаясь, побрел по полю. Я раньше никогда не предполагал, как тяжело идти в темноте по пахоте.
Через пятнадцать минут впереди показалась густая тень деревьев — я все еще предполагал, что там должна быть река.
Подойдя к деревьям, мы замедлили шаги. Земля резко пошла вниз и через мгновение я соскользнул с грязного берега в мелководье.
— О! — обрадованно зашептал я Гастону, — река что надо!
Я выбрался на берег. Если бы мы шли между деревьями, то до зари вряд ли прошли бы более двух-трех километров.
— В какую сторону течет эта река, Гастон? — спросил я.
— Туда, — он показал рукой. — К Алжиру, к городу.
— Ты умеешь плавать?
— Конечно, — кивнул головой Гастон: он четко выделялся на светлом фоне реки. — И даже очень неплохо.
— Отлично. Раздевайся и сделай узел из своей одежды. Сложи то, что ты не хочешь намочить, в середину. И прикрепи узел ремнем к плечам.
Мы склонились в темноте над своими пожитками. Закончив приготовления, я вошел в воду. Погода стояла теплая, и вода приятно охлаждала тело. Пистолет я не тронул — он продолжал висеть у меня на запястье. Теперь я хотел, чтобы он был как можно ближе ко мне.
Вокруг была чернильная тьма — пустоту над нами заполняли только алмазные звезды.
— Все в порядке? — спросил я у своего попутчика, услышав легкий всплеск воды за спиной.
— Конечно, шеф!
— Давай побыстрее отплывем отсюда, а уж потом не будем сильно торопиться, — прошептал я. — Пусть река поработает на нас.