---
И её опасения оправдались. Уже через два дня пришла первая проверка. Из налоговой. Ни с того ни с сего. Инспекторы копались в документах с пристрастием, явно пытаясь найти хоть какую-то зацепку. На следующий день — проверка из пожарной инспекции. Потом — из Роспотребнадзора.
Они работали чисто, нарушений не нашли. Но сам факт такого внимания был тревожным звонком. Это был сигнал. Предупреждение.
— Это он, — мрачно констатировал Виктор, имея в виду Александра Петровича. — Он начинает давить.
— Что мы будем делать? — спросила Афина, бледная от страха.
— Что мы делали всегда, — он сжал кулаки. — Работать. Бороться. Он не сломает нас.
Но давление нарастало. Поставщики, с которыми годами работал «Вихрь», начали задерживать поставки, ссылаясь на «форс-мажоры». Некоторые и вовсе разрывали контракты. Нашёлся «недовольный клиент», который подал в суд за «некачественный ремонт», хотя машину он купил уже после того, как её «отремонтировали» в «Вихре».
Виктор понимал — это лишь цветочки. Основной удар был ещё впереди. Но он не сдавался. Он работал по двадцать часов в сутки, пытаясь и двигатель закончить, и бизнес спасти. Афина была рядом. Она использовала все свои знания, чтобы систематизировать документы, найти новых, более надёжных поставщиков, вести переговоры.
Они сплотились перед лицом общей угрозы. Их ссоры, их разногласия отошли на второй план. Теперь они были одной командой. И это придавало им сил.
Глава 30
Как будто мало было проблем с её отцом, на горизонте снова появились «Стальные Акулы». Артём, видимо, узнав о проблемах «Вихря», решил нанести удар, пока враг слаб.
Он явился в гараж с тремя своими головорезами. Виктор вышел к нему один, отослав Афину и остальных вглубь помещения.
— Что тебе, Акула? — спокойно спросил Виктор. — Пришёл добить?
— Вроде того, — усмехнулся Артём. — Слышал, у тебя проблемы. Большие. Предлагаю сделку. Ты снимаешься с Большого Кубка. Добровольно. И твои проблемы... волшебным образом исчезают.
Виктор смотрел на него с презрением.
— И каким образом они исчезнут?
— У меня есть... связи, — многозначительно сказал Артём. — Могу поговорить с нужными людьми. Отменить проверки, вернуть поставщиков. Всё имеет свою цену. Твоя цена — отказ от Кубка.
Стало ясно — Артём был в сговоре с отцом Афины. Или, по крайней мере, использовал ситуацию в своих интересах. Это была ловушка. Если Виктор откажется, он потеряет лицо и последний шанс. Если не откажется — его бизнес будет уничтожен.
— Подумаю, — сквозь зубы сказал Виктор.
— У тебя есть время до завтра, — бросил Артём, разворачиваясь. — Не сделаешь сам — сделаем за тебя. И тогда проиграешь не только Кубок, но и всё.
Уходя, он бросил многозначительный взгляд на Афину, стоявшую в дверях.
— Выбирай, «Вихрь». Гордость или выживание.
После их ухода в гараже повисла тягостная тишина. Все понимали — ситуация стала критической. Враги объединились.
---
Напряжение достигло пика. И в этот момент случилось то, чего Виктор боялся больше всего — предательство изнутри. Молодой механик Серёга, который работал в «Вихре» меньше года, подошёл к Виктору с потупленным взглядом.
— Витя, мне нужно поговорить, — пробормотал он. — Мне... мне предложили работу. В «Фениксе». Зарплата в два раза выше. И... я согласился.
Виктор смотрел на него, не веря своим ушам. Серёга был талантливым парнем, он вкладывал в него душу, учил всему, что знал.
— Почему? — только и смог выговорить он.
— У меня семья, Витя! — взорвался Серёга. — Ребёнок маленький. Ипотека. А здесь... здесь одни проблемы. Проверки, долги, неизвестность. Я не могу рисковать будущим своей семьи!
Это был удар ниже пояса. Но самое страшное было не в уходе Серёги. А в том, что он унёс с собой. За несколько дней до этого Виктор поделился с ним уникальной схемой системы охлаждения, которую они разрабатывали вместе с Афиной для нового двигателя. И теперь эта схема могла оказаться у «Феникса». А значит, и у Артёма.
Рома, узнав о случившемся, чуть не подрался с Серёгой. Виктор еле удержал его.
— Пусть идёт, — с горькой покорностью сказал он. — Каждый имеет право на выбор. И на ошибку.
Но в его глазах читалось отчаяние. Он терял не просто сотрудника. Он терял веру в людей. Если свой, тот, кому он доверял, мог так поступить, то чего ждать от чужих?