— Витя, нет! — взмолился Рома. — Мы так близки! Двигатель почти готов! Мы можем...
— НЕТ! — крикнул Виктор. — Всё! Конец! Понял?
Он вышел из гаража, сел в свою машину и уехал. Он не знал куда. Просто ехал, пытаясь уехать от себя самого. Но куда бы он ни ехал, он везде брал с собой свою боль.
---
Афина оказалась на улице без денег, без дома, без поддержки. Первую ночь она провела в дешёвом мотеле, оплатив номер последними наличными, которые нашла в кармане. Она сидела на кровати в убогой комнате и не могла поверить в происходящее. Вчера она была дочерью олигарха. Сегодня — никто.
Но странно, она не чувствовала страха. Было больно, горько, одиноко. Но не страшно. Впервые в жизни она была по-настоящему свободна. И она была полна решимости выжить.
Утром она позвонила Лоле. Та, услышав её историю, примчалась через пятнадцать минут.
— Боже мой, Афина! Что случилось? Я так волновалась!
— Папа выгнал меня. Я... я одна.
Лола обняла её.
— Нет, не одна. У тебя есть я. Ты будешь жить у меня. Всё наладится.
Лола жила в небольшой, но уютной квартире в центре города. Она работала менеджером в модном бутике и едва сводила концы с концами, но не колеблясь предложила подруге кров.
Афина была благодарна. Но она не хотела быть обузой. В тот же день она начала искать работу. С её образованием и знанием языков это было не сложно. Но она не хотела идти по проторенной дорожке — в офис, к отцу или его друзьям. Она хотела начать с нуля. Сама.
Она устроилась официанткой в небольшое кафе. Это было тяжело — быть на ногах целый день, терпеть капризы посетителей, жить на мизерную зарплату. Но она держалась. Она училась быть самостоятельной. Платить за квартиру, готовить, считать деньги.
Иногда по вечерам она плакала, вспоминая Виктора. Но потом вытирала слёзы и говорила себе: «Я выживу. Я докажу всем, что я — не кукла. Я — личность».
Глава 35
Тем временем Виктор стремительно катился ко дну. Он перестал появляться в гараже. Он продал свою «Lexus» за бесценок, чтобы хоть как-то прожить. Деньги он пропивал.
Он ночевал где придётся — у случайных знакомых, в подъездах, в своей же заброшенной мастерской, когда там никого не было. Он участвовал в подпольных гонках за копейки, рискуя жизнью. Он стал тенью самого себя.
Рома пытался до него достучаться. Приносил еду, деньги, уговаривал взяться за ум. Но Виктор был глух. Он хотел забыться. Уничтожить себя. Наказать за все свои ошибки, за все потери.
Он стал частым гостем в самых дешёвых и грязных барах города. Он искал в алкоголе и драках забвения. И находил лишь новую боль.
Однажды ночью, в очередной подворотне, его избили до полусмерти. Забрали последние деньги. Он лежал в грязи и смотрел на звёзды. И впервые за долгое время его мысли были ясны.
Он вспомнил её слова: «Я буду ждать тебя. Всегда».
И он понял, что умирать сейчас — это самое простое. Самое трусливое. Что она, там, одна, борется. А он тут жалеет себя.
Он поднялся на ноги. Ему было больно. Унизительно. Но впервые за многие недели в его душе появился проблеск чего-то, похожего на надежду. Может быть, ещё не всё потеряно. Может быть, ещё можно бороться.
---
Виктор пришёл в себя в больничной палате. Первое, что он ощутил — это всепоглощающая боль во всём теле. Сломанные рёбра, рассечённая бровь, вывихнутое плечо. Он медленно повертел головой, пытаясь понять, где он и как сюда попал.
Рома спал на стуле в углу палаты, его лицо было серым от усталости. Виктор сглотнул. Горло пересохло. Он попытался приподняться, но резкая боль в груди заставила его с стоном откинуться на подушку.
Шум разбудил Рому. Он открыл глаза и встретился взглядом с Виктором.
— Ну что, очухался, герой? — его голос звучал устало, без обычной доли юмора.
— Как я здесь? — хрипло спросил Виктор.
— Меня вызвали. Нашёл тебя мусорщик в подворотне. Думал, покойник. Чуть в машину для трупов не погрузил.
Виктор закрыл глаза. Стыд жёг его изнутри сильнее любой физической боли.
— Зачем ты меня спас? Лучше бы...
— Заткнись, — резко оборвал его криком Рома. — Просто заткнись. Я двадцать лет таскаю твою тупую бошку из разных передряг. И не для того, чтобы в конце концов отнести её на кладбище. Ты слышишь меня?
Виктор молчал. Он слышал. Но не находил в себе сил ответить.
— Она звонила, — тихо сказал Рома после паузы. — Афина. Интересуется, как ты. Говорит, что работает официанткой. Живёт у той своей подруги. Спрашивала, не нужна ли мне помощь в гараже.