Марко же поспешил к Тие. Рассказать! Продумать! Подготовить!
Проходя мимо комнаты Штефана – вместо дверей темные мрачные шторы, уж очень напоказ, – Марко понял, что не видел напарника на демонстрации трассы. Был он там вообще? Наверняка. Уж он-то понимает, что с этими знаниями делать.
И все-таки, может, стоит зайти и рассказать про трассу? Или просто спросить совета для Тии? Кажется неплохой идеей. Более опытный напарник советует новичку и рассказывает ему про различные трюки – почему бы и нет? Это может стать началом если не дружбы, то нормального общения. И ничего страшного, что Марко сделает первый шаг.
С этими мыслями он подошел к комнате, размышляя, как лучше дать о себе знать. Постучать по косяку? Кашлянуть, привлекая внимание? Просто спросить, не здесь ли Штефан? Пожалуй, последнее – самое лучшее.
– Это тебе, Борзик, – послышалось неожиданно из-за штор. – Кушай, кушай. Я знаю, пирожные ты любишь…
Послышалось довольное ворчание, а потом чавкающий звук, прерываемый лишь тихим хихиканьем.
Марко будто по голове огрели. Казалось невозможным представить, что Штефан способен на такие «нежности» с химерой. Может быть, это не он? Может, тот самый Радован? Голос похож на Штефана, но трудно сказать уверенно. Марко с ним всего один раз разговаривал – тогда, на пикнике.
– Хороший, хороший, конечно, – и снова тихий смех. – Ничего не бойся и не волнуйся. Ты победишь и получишь еще этих вкусных пирожных. А если не победишь… не переживай, тоже получишь, но не так много. Может, потому ты и не побеждаешь, что слишком много ешь сладкого?
У Марко «горели» уши. Стоять и подслушивать – это ведь стыдно и неправильно! Но никак не получалось оторваться. К тому же он ведь собирался поговорить со Штефаном. В голове вспыхивала то одна мысль, то другая, Марко переминался с ноги на ногу, понимая, что уже несколько человек прошли мимо и видели его. Если не поговорить со Штефаном, то тому обязательно расскажут, что приходил «этот» и «что-то хотел», но так и не вошел. И тогда Штефан может что-то не так подумать…
Ладно. Марко помотал головой и сделал шаг назад. Пусть говорят что угодно. В конце концов, слухи о подслушивании меньше портят репутацию, чем раскрытый факт этого самого подслушивания. Пусть даже все и получилось совершенно случайно.
Еще маленький шажок назад и в сторону, и можно принять независимый вид, засунуть руки в карманы и притвориться, будто просто шел мимо. Обходил чужой закуток по широкой дуге и ничего не слышал. Ни про Борзика, ни про пирожные.
Внутренний голос в голове не выдержал и засмеялся. Борзик, это надо же, Борзик! Огромная черная химера, которая чуть не получила пожизненную дисквалификацию за агрессию!..
Штора перед Марко дрогнула.
– Это кто тут… – проговорил Штефан, резко отдергивая ткань, – …смеется?
Марко похолодел. Не может же быть такого, что он на самом деле расхохотался? Он ведь не вслух это делал, это все мысли… или химера Штефана еще и мысли умеет читать?
Тут из-под руки Марко донеслось отрывистое веселое фырканье. Тия издалека почувствовала приближение хозяина, решила его встретить, бесшумно подобралась и обозначила свое присутствие. Тем более им еще толком не удалось познакомиться с Борзым, а из его закутка так интересно пахло…
Штефан сжал кулаки и покраснел. На его щеках и лбу выступили алые пятна и даже поползли по шее. Как будто он неудачно попал в кусты чертополоха или крапивы во время тренировки. Марко чувствовал, что надо срочно что-нибудь сказать, чтобы разрядить обстановку. Притвориться, что только что подошел, или выпалить что-то важное, что заставит забыть про неловкость ситуации, или удачно пошутить. Но вместо этого он молча переминался с ноги на ногу с глупой улыбкой.
– Обхохочешься, – прошипел Штефан. – Мне тоже смешно, когда зеленые новички и их микрохимеры не готовятся к гонке, а высматривают и вынюхивают чужие секреты.
– И мне смешно, когда некоторые думают, что их секреты и их толстые химеры кому-то настолько интересны, чтобы их вынюхивать!
– Ну и вали отсюда.
– И свалю.
– И мелочь свою не забудь. А то как бы ей не досталось от моей толстой химеры.
– Ой, уже боюсь!
Здравый смысл требовал, чтобы Марко немедленно убрался подальше, пока конфликт не стал серьезным. Но какая-то детская, неразумная и обидчивая часть души заставляла оставаться на месте и выкрикивать обидные фразы. Ведь если он сейчас уйдет, это будет похоже на бегство. И трусость. А он не трус. И Тия тоже никогда и никого не боялась. Вообще этот дурак никакого права не имеет ее обижать!