— Все равно красный свет.
Я дергала за веревки, крепившие коляску к кузову. Отец уже одолел полпути до следующего квартала. Светофор сменился на зеленый, и движение на дороге возобновилось.
Джесси высунулся в окошко:
— Лучше брось! Поехали!
Машины, отчаянно сигналя, неслись мимо меня. Я наконец развязала веревку и затолкала каркас коляски в кабину. Мимо прогромыхал рефрижератор, и водитель крикнул мне на ходу:
— Сумасшедшая!
Я захлопнула дверцу.
— Встретимся в офисе Суэйзи!
И помчалась догонять отца.
* * *«Арджент-тауэр» представлял собой двадцатипятиэтажное сооружение из закопченного стекла, формами напоминавшее кельтский крест. Площадь перед зданием украшал экстравагантный фонтан, окруженный яркими клумбами. Растяжка над входом сообщала, что в здании еще имеется двести тысяч квадратных футов свободных офисных площадей. Запыхавшаяся, с пересохшим ртом, я неслась по тротуару, ища глазами отца. И как только он мог выкинуть со мною такую гадкую штуку?!
В общем, проскочив через вращающуюся дверь в вестибюль, я была взвинчена до предела. Стояла и озиралась по сторонам. Середину вестибюля занимал элегантный атриум, выше полукругом располагались две антресоли, а над ними примерно еще дюжина этажей, образовывавших смотровую галерею. Стеклянные лифты давали отличную возможность обзора. Одним словом, это новехонькое здание предназначалось для того, чтобы им восхищались. У входа на высоченных лесах двое художников выводили название какой-то открывающейся фирмы. Но, судя по призывам на наружной растяжке, здание большей частью пустовало.
Серенький дядечка с жабьим лицом, сидевший за столом у входа, встрепенулся и, подавшись вперед, оживленно спросил:
— Я могу вам чем-то помочь?
— Простите, я очень спешу. Меня зовут Эван Делани, и мне нужно повидаться с доктором Суэйзи из компании «Примакон».
Человек-жаба придвинул ко мне регистрационный журнал:
— Отметьтесь вот здесь.
Я торопливо написала свое имя. Он проставил время и жеманно оторвал листок, прикрепив его к пропуску.
— Вернете, когда будете уходить.
— А на какой мне этаж?
— На восьмой. Воспользуйтесь лифтом в дальнем конце вестибюля, потому что этот сейчас на ремонте, и…
— Спасибо. — Я помчалась по вестибюлю и, завернув за угол, увидела закрывающиеся двери лифта. — Придержите, пожалуйста!
Чья-то рука нажала на кнопку паузы. Я протиснулась в дверь, вытирая взмокший лоб.
— Прости. Еле успела! Такие пробки…
Мой отец косился на меня, от досады поджав губы и крякнув что-то невнятное. Двери закрылись, и лифт начал подниматься. С высоты нам открылся прекрасный вид на атриум.
— Почему ты не захотел взять меня с собой? — пристала к нему я. — Только не говори, что это связано с секретностью.
— Нет. Просто я выжму из Морин больше информации, если буду один.
— И эту информацию выдашь мне в той мере, в какой сочтешь нужным?
— Послушай, что ты пристала?! Какая тебе разница, почему я это сделал?
Я посмотрела на него в упор:
— Просто ты сыграл со мной гадкую шутку!
Двери лифта открылись на третьем этаже, но там никого не было. Отец нажал на кнопку «ход».
— Джесси нужно отдать должное.
— Не поняла. Ты это о чем?
— Он умен, и характер — о-го-го! Я даже не подозревал, что он окажется таким крепким парнем!
Теперь лифт открылся на четвертом этаже, но и там было пусто. Двери закрылись не до конца, потом снова открылись и наконец с треском захлопнулись. Отец несколько раз нажал на кнопку «ход».
— Но ты же не думаешь, что даже ради такого вот умного и волевого парня я сделаю исключение в сложившейся ситуации? Даже не мечтай, не сделаю. — Он наблюдал за сменяющимися цифрами этажей. — Поэтому смирись с этой мыслью и перестань переживать из-за него. Дело-то крайне серьезное.
Лицо у меня пылало, и я сердито бубнила себе под нос.
Отец нахмурился:
— Да ты прямо как бешеный шершень! Остынь! — Выражение его лица смягчилось. — Я знаю, что ты переживаешь за Джесси. Мы все за него переживаем.
От этого печального взгляда я едва не вышла из себя. «Да как вы смеете жалеть его?!» У меня прямо кулаки сжались.
— Ладно, папа, оставим в покое Джесси. Но я с тобой пойду!
Рот его дернулся в знак неохотного согласия. Прищурившись, он пристально смотрел сквозь стеклянные стены лифта, словно собирался засечь на степном горизонте отряд свирепых команчей.
— Дана Уэст была не просто медсестрой. Она работала в госпитале военно-воздушных сил. Ты знала об этом?