Эта ее потребность постоянно опекать раздражала и трогала меня в равной мере.
— Мам, вода под мостом!..
Она поджала губы и бросила на меня обиженный взгляд.
— Эбби теперь добропорядочная культурная гражданка. Даже машину умеет водить. У нее есть любящий муж и трое на редкость смышленых ребятишек. И нам всем не мешало бы брать с нее пример.
Мать только еще больше насупилась. Глаза ее потемнели и грозно сверкнули. Она буквально сверлила меня взглядом, казалось, вот-вот взорвется.
Эбби откинула со лба прядь волос и позвала Уолли. Лицо ее сияло.
— Миссис Делани, напрасно вы беспокоитесь. Я больше не оказываю на Эван дурного влияния.
Я не могла оторваться от взгляда матери. Какая-то простреливающая боль пронизывала меня — не тело, а душу. По идее, этот момент должен был оказаться одним из самых счастливых в моей жизни — радость по поводу моей беременности, которую она вроде бы должна была разделить со мной. Но выражение ее лица и эта напряженность буквально убивали меня.
Из носа струйкой потекла кровь, я почувствовала ее на верхней губе и прикрыла ладонью нос.
Мать положила руку мне на плечо:
— Откинь голову.
Эбби достала из сумочки пачку бумажных салфеток. Я принялась вытирать нос, бормоча слова благодарности.
Мать взяла меня под руку:
— У тебя всегда так от жары и низкой влажности. Давай-ка уйдем с солнца.
— Да ладно, все уже нормально.
— Ты сюда на машине приехала? — спросила мать у Эбби.
— Да. Мы собираемся на кладбище, а вы…
— Пусть Эван сядет.
Эбби перепугалась:
— Что-то случилось?
Через бумажный платок я поспешила крикнуть:
— Нет!
Мы с матерью всё смотрели друг на друга, этот затянувшийся момент казался нескончаемым. Лицо ее выражало не просто беспокойство или разочарование, а чуть ли не настоящую скорбь.
Из толпы послышался голос Томми:
— Вот ты где! А нам пора.
Он подошел и вопросительно посмотрел на бумажные платки у меня под носом.
— Ничего страшного, — пробормотала я и уж совсем сдуру прибавила: — Ты мою маму-то помнишь?
Томми с такой же дурацкой серьезностью пожал ее руку, потом кивнул на парковочную стоянку:
— Пошли. У меня в машине есть аптечка. Мы приложим тебе лед к затылку.
Но с места не тронулся, удивленно уставившись на мою руку.
Проследив за его взглядом, Эбби воскликнула:
— Бог ты мой, ну и дела!
— Да, я помолвлена, — пробормотала я сквозь платки.
— Да где же его откопали-то, такой большой? Не иначе как мотыгой в Южной Африке, — засмеялась Эбби.
Томми заулыбался:
— Прими поздравления, Рокки, от скромного детектива. Только не вздумай бить кого-нибудь этой рукой.
Эбби обняла меня и громко расхохоталась, что не очень-то вязалось со скорбной толпой вокруг.
— Черт возьми, да ты у нас просто везучая девчонка! Миссис Делани, как вам это нравится? Правда здорово?
Они с Томми повернулись к моей матери и разом притихли. Вид у нее был совсем не радостный. Да что там, прямо-таки горестный. В тот момент мне показалось, что почва уходит у меня из-под ног.
* * *Машина преодолела подъем и покатила вниз, в сторону Чайна-Лейк. В белесом знойном мареве дорога казалась черной стрелой. На горизонте громоздились горы, отрезая землю от цианово-голубого неба. Встречный ветер приветствовал гостя, ударив в лобовое стекло. Койот облизнул губы.
И как только он упустил такую возможность? Как это могло случиться? Возможность ускользнула от него в Канога-парке. Он снова и снова прокручивал все это в голове, пытаясь выявить причину, пытаясь расплести нить за кошкой. Ведь он так тщательно все рассчитал. Загнал запуганную цель с открытого пространства в пределы досягаемости и уже готов был взять ее. Валери Скиннер сидела в том кафе совершенно одна. А потом эта Делани вызвала полицию.
Ему выпала неучтенная карта — вот почему эта возможность ускользнула. Он упустил свой шанс только потому, что забыл учесть вероятность несчастливой карты. Та бабенка из Чайна-Лейк просто обошла его. В другой раз такого допустить нельзя.
Он коснулся груди, тоскуя по амулету. Характер предстоящей охоты и крайняя важность миссии не позволили взять амулет с собой, а ведь тот всегда придавал ему уверенности.
За окном мелькали заросли розмарина и юкки. Койот продолжал размышлять. Делани выпала ему в виде несчастливой карты, но он мог обернуть это в свою пользу. В ее газетной статье содержалось достаточно фактов, свидетельствующих, что она все еще пытается выйти на след.