— Тебе ещё нужно, как минимум дня два полежать.
Подумав, я прислушался к своему ноющему телу и согласился, после чего решил задать вопрос. Достав из кармана штанов, в которые всё ещё был одет,высохшую карту и я спросил девушку:
— Можете показать, где Башня?
— Конечно! — девушка склонилась над картой и уверенно ткнула в один из домов, а потом указала и на рынок, после чего спросила: — А ты сам куда направляешься?
На мгновенье я хотел промолчать, но потом решил, что смысла вредить мне у нее нет. Поэтому я ткнул в обведенный кружком дом и увидел, как лицо девушки стало мрачным.
— Что-то не так?
— Там карантинная зона. Не советую туда соваться. Они изолировались от всего и мутировали в темноте. Там могут быть прыгуны…
— Кто? — не понял я, а потом меня осенило. — Ты имеешь в виду тех тварей, что бродят по ночам, а при свете солнца начинают гореть?
— Да, — кивнула девушка, окончательно упокоив мое желание выполнить волю отца.
Недолго думая, я сделал вывод, не понимая, что принимаю то самое решение, что определит мою судьбу:
— Тогда я пойду в Башню. Я неплохо бегаю, так что без еды и жилья не останусь.
Мой врач ласково улыбнулась мне, а я криво усмехнулся в ответ. Забавно, но похоже я разучился улыбаться. Не самое страшное, что могло со мной произойти. Я непроизвольно сжал в пальцах кулон на шее. Главное, что жив. И больше я никогда не стану помогать тем, кто этого не стоит. Хватит! Одного раза достаточно, судьба. Я выучил этот урок. А если встречу их на своем пути — убью. И не важно, людьми они будут или мутантами.
Главы 5-7
Глава 5
В изоляции люди превращаются в пауков в банке, готовых убить любого, кто будет стоять между ними и их добычей. Харран стал поистине воплощением Ада на земле. Прячась по убежищам, выжившие мечтали лишь о прекращении кошмара, а мутанты добавляли в игру со смертью свои правила.
Раис тоже мечтал о возвращении мирной жизни, какой она была до вспышки вируса. Без брата, который был для него всем, турок чувствовал себя неполноценным. Это ощущение бесило. Заставляло мстить всем и, в особенности, ВМГ. Именно их Раис винил в гибели брата. Он просил… молил прислать вертолет, чтобы вывести из зараженного города не способного свободно передвигаться брата. Но он потерпел поражение и поклялся вытащить на свет все грязное бельишко ВМГ. Раис посылал своих людей повсюду, по крупицам собирая бесценные знания и осколки тайн. Он выжидал.
Джейк
Приоткрыв один глаз, я полюбовался на потолок. Кажется, у меня входит в привычку просыпаться где-то в неизвестном месте. Попытка пошевелить рукой вызвала легкую боль в спине. Именно эта боль заставила мою память проснуться. Буквально за минуту я вспомнил события ночи, предшествующей моему пробуждению. Бег под громкий вой ночных тварей, удачная попытка отбиться от шустрого прыгуна и снова бег. Бешено колотившееся сердце и рука, прижимавшая окровавленную футболку к глубокому укусу на плече. Желание добраться до Башни и удача, чуть было не завершившаяся фиаско у самого финиша.
И теперь я очнулся в помещении с белым потолком, лежа с капельницей в вене на мягкой кровати и отделенный от остального пространства лишь ширмой, цвета бирюзы. Я снова выжил? Неужели у меня получилось? Преодолев боль, я провел по голове свободной рукой. Мне повезло. Я жив, пусть теперь и вхожу в ряды потенциальных мутантов. Я добрался до Башни, пережив ночь в Харране без какой-либо защиты. Только своя собственная ловкость, скорость и удача. Можно считать достижением.
С резким звуком, который заставил дернуться помимо воли, ширма отъехала в сторону, являя мне темноволосую женщину в медицинском халате. Заметив, что я смотрю на неё, женщина просияла и, повернувшись назад, громко крикнула:
— Позовите Спайка, скажите, что он очнулся! — повернувшись обратно ко мне, медик наклонилась, начав светить в глаза фонариком и сопровождая это словами: — Меня зовут Лена. Я врач в Башне. Ты пробыл без сознания три дня. Заражение и потеря крови наложились на травму головы, которую ты получил до этого. Как ты себя чувствуешь? У тебя должно всё немного кружится перед глазами и чувствоваться незначительная слабость.
Прислушавшись к ощущениям, я внимательно смотрел, как Лена приоткрывает повязку на плече, рассматривая заживающий шрам, оставшийся от зубов прыгуна. Не удержавшись, я тоже посмотрел на укус и сглотнул. Выглядело жутко и мерзко.
— Всё нормально, я … спасибо Вам, — снова кошусь на укус и задаю вопрос: — Он не мог так хорошо зажить за три дня. У вас какое-то специальное лекарство?