— Нет, конечно нет, Джейк, — доктор криво улыбнулся. — Отдохни, пока я закончу готовить стабилизатор. Он должен немного откатить изменения твоего организма.
Кивнув, я закрыл глаза, стараясь ни о чем не думать, но перед глазами продолжала стоять картина изменившегося отца. Его взгляд, рычание, татуировка… Папа, как же так? Я так и не смог рассказать Доку всю правду. Не смог рассказать про тебя, про то, что я убил то, что от тебя осталось… Нервным жестом, я дернул себя за прядь отросших волос.
— Поспи, — раздается негромкий совет дока. — Твой организм ослаблен и истощен.
Вздохнув, я решил последовать совету и практически мгновенно провалился в сон. Мне ничего не снилось и, когда Зере разбудил меня, я был не особо рад. Возвращаться в реальность не хотелось. Сделав укол, док придержал меня за плечи, когда мое тело охватила лихорадочная дрожь. Где-то минут с десять мои зубы отбивали чечетку, после чего я почувствовал странное облегчение. Словно в голове появилась чистота, дававшая возможность мыслить четко.
Посмотрев на дока, я увидел в его глазах облегчение и непроизвольно икнул. Зере негромко рассмеялся своим старческим смехом и обнял меня, прошептав:
— Помогло, — обхватив мою голову двумя руками, док заглянул мне в глаза и, кивнув своим мыслям, отстранился: — Мне удалось немного откатить изменения, но советую больше не попадать в подобные передряги. Больше находись на солнце. Ультрафиолет твой лучший друг. Предупреждаю сразу, будет обжигать, но считай это платой за трезвый рассудок.
— Я понял. А где Крейн? — задал вдруг я вопрос, вертевшийся на кончике языка.
— Он принес тебя и ушел по своим делам. Из-за провала задумки Брекена сейчас все немного напряжены. А теперь иди, мне нужно работать. На улице найдешь Спайка, он рвался сюда ещё час назад.
Поблагодарив дока, я поспешил выйти из трейлера. Оказавшись под лучами яркого солнца, я невольно вздрогнул от боли. Жаркое светило обжигало, вызывая иррациональное желание с шипением скрыться в тени, но, помня слова Зере, я терпел, подставив солнечным лучам лицо.
— Жив!
Раздавшийся позади меня приглушенный хрип Спайка, заставил подпрыгнуть на месте, а в следующее мгновенье меня стиснули в поистине медвежьих объятиях. Я тоже был рад видеть Спайка, но… Крякнув, я прохрипел:
— Задушишь!
— Тебя пороть мало! — прорычал Спайк, немного ослабив объятия: — Не смей больше так пугать всех, ребенок. Крейн был бледный, словно зараженный, когда притащил тебя к доку. Не забудь сказать ему спасибо.
— Обязательно, — просипел я и поинтересовался: — Кто-нибудь ещё знает, что я жив?
— Да, я оповестил Брекена, Лену и Амира. Амир, к слову, обещал всыпать тебе ремня. Тебе стоит вернуться в Башню как можно скорее.
— Хорошо.
Меня, наконец-то, выпустили из объятий и я, одернув грязную рубашку, криво усмехнулся, привычным жестом сжав кулон с алым камнем на шее. Вернуться в Башню? Я пока не был готов к такому и поэтому, оказавшись за пределами безопасной зоны Дока, остановился на крыше одного из домов. Сев на нагретый солнцем металл я снял с шеи кулон и вгляделся в его алые грани. Дейзи… а в каком виде сейчас бродишь по улицам Старого Города ты? Днем, в толпе разлагающихся мутантов или же ночью, оглашая округу стрекотом-рычанием?
— Привет, ты как?
Рядом со мной сел Крейн. Оглядев меня и задержав взгляд на глазах, он произнес:
— Вижу, док смог тебе помочь.
— Знаешь, — я уставился на синее небо, задымленное пожарами. — Когда я падал вниз, следом за сорвавшимися прыгунами, я не думал о близких. О сестре, Спайке, Рахиме, Амире… Я лишь надеялся выжить, но не был готов к этому. Когда я упал, я был рад тому, что жив, но там, среди прыгунов, я увидел то, что напомнило мне о природе каждого из тех, что бродят сейчас по этому чертовому городу…
Кайл молчал, давая мне возможность высказаться, а я собирался с мыслями, смотря на алый камень кулона в руках и не мог сдержать слез. Они сами, неподконтрольные мне, катились по щекам. Удивительно, но те слова, которые я не смог сказать Доку, говорить Кайлу было на удивление легко.
— Я увидел среди прыгунов отца. Знаешь, у него была татуировка. Его собственный эскиз. Больше ни у кого такой не было… За попытками выжить и очищением ближайших к нашим убежищам улиц от мутантов мы забыли то, что каждый из них — это мы. Этот кулон мне подарила одна женщина в тот самый первый день, когда вспышка полыхнула в центре Старого Города. Она сказала, что мы живы, пока о нас помнят и попросила помнить о ней. А-ха-ха, — горько рассмеялся я. — Самое забавное в том, что падая вниз я забыл обо всех, но продолжал помнить о ней. После того, как я исчезну, кто вспомнит обо мне, как о человеке? Как о простом парне Джейке, а не твари, боящейся солнца?