— Иди сюда, — Дейзи обняла меня, крепко прижав к себе.
Я не знаю, что творилось в её голове, но потом, спустя дни, я буду благодарен ей за эту встречу. За её поступки. Мне повезло, что на моем пути оказалась именно она. Человек, показавший мне, что в аду вокруг есть хорошие люди. Когда её тело содрогнулось в первом приступе, я вздрогнул, но не отстранился. Будто ребенок, испугавшийся темноты, я боялся отпустить единственного человека, который дарил мне ощущения спокойствия. Того, что всё будет хорошо.
— Нет, тебе стоит идти, — Дейзи отстранилась и ласково улыбнулась мне, смахнув с глаз слезы и принялась расстегивать липучку, снимая с себя наплечник. — Держи фонарь, он мне не пригодится. И… вот.
Она сняла с шеи кулон с темно-красным камнем и надела на меня. На мой немой вопрос, Дейзи горько усмехнулась и ответила:
— Я приехала на Игры, поссорившись со всеми родными и мужем. Не сказала им ничего. Хотела доказать что-то, глупая. Этот кулон… — она замолчала, а потом резким тоном произнесла. — Я не хочу быть забытой. Как говориться: «Мы живы, пока о нас помнят». Помни обо мне, Джейк. Я надеюсь, что твоя судьба сложится лучше чем моя. Удачи, ребенок.
Произнеся свою речь, Дейзи села на теплую крышу и замолчала. А я замер, поначалу не зная, что должен сказать в ответ. Но слова сами вырвались из меня:
— Я обещаю, Дейзи. Спасибо.
Ответом мне послужила улыбка. Надев наплечник, я молча кивнул и устремился подальше от неё. Оказавшись рядом с высоким зеркально-стеклянным домом, я замер, поняв, что окончательно заблудился. Достав вместо карты телефон, я принялся просматривать новости. Весь мир уже знал, что произошло в городе. Они даже дали название вирусу. Харранский. Очень оригинально, ничего не скажешь. Но больше меня порадовала новость об эвакуации. Зачем идти к другу отца и застрять в этом проклятом городе, если можно спокойно эвакуироваться вместе со всеми? Самым лучшим пунктом в сети окрестили лагерь, разбитый на мосту.
Выключив телефон, я выпрямился и достал карту. Цель была намечена. Просмотрев маршрут и быстро запомнив его, я осознал, что на своих двоих смогу добраться лишь к завтрашнему вечеру, если не буду отвлекаться на отдых. Но искать попутку было бесполезным занятием. Улицы уже сегодня к вечеру превратились в сплошные пробки вперемешку с авариями.
Сложив карту и спрятав ее обратно в карман, я почувствовал, как скрутило желудок. Поесть бы. И попить, а то в горле словно пустыня в полдень. Нужно было найти место, где я мог бы перевести дух и отдохнуть. Я уже больше десяти часов был на ногах, если не считать тех трех часов оцепенения на крыше. Прислушавшись, я осторожно спустился на ближайший балкон и посветил в окна фонарем. Вроде внутри никого не было. Мысленно извинившись перед хозяевами, я ножкой стола выбил стекло и проник в квартиру.
Внутри было тихо. Однокомнатная квартирка выглядела ухоженной и уютной. Звуки с улицы звучали приглушенно и мне даже на мгновенье показалось, что всё в порядке и мир не перевернулся сегодня с ног на голову. Вздохнув, я нашел кухню и сразу полез в холодильник. Достав еду, быстро поел и принялся искать консервы, некое подобие сухпайка и воду. В городах, где бывают столь жаркие денечки, люди всегда хранят запасы пресной питьевой воды не из-под крана.
Мои поиски завершились успехом. Найдя несколько консерв и пять бутылок воды, я бережно уложил находки в сумку, которую носил, как рюкзак. Из самой сумки я выкинул многие вещи, оставив лишь оружие, зарядное устройство для телефона, сменную футболку, штаны, две смены нижнего белья, носки и… мамино платье, которое отец, видимо в спешке, кинул в мою сумку. Закончив с приготовлениями, я посмотрел на время. Почти четыре утра. Мне стоило поспать хотя бы часов пять, чтобы без проблем продолжить путь. Светящийся белым в темноте, циферблат мигнул, когда я включил будильник. Эти часы были подарком отца на мое шестнадцатилетие. Вздохнув, я закрыл глаза.
Мысли о произошедшем не стали тусклыми, нет. Но всё свое горе я уже излил. Продолжая держать глаза закрытыми, я нашарил рукой кулон на шее и крепко сжал его в руке. Темно-красный камень на кожаном шнурке был теплым и незримо дарил поддержку. Словно Дейзи была рядом и успокаивала меня. Удивительно, но уснуть оказалось очень легко, хотя я подозревал, что не смогу даже сомкнуть глаз.
Спасибо тебе, Дейзи. Спасибо за все. Я буду помнить тебя и твои слова…
Глава 3
Утро первого дня, после начала эпидемии было непривычным для множества выживших. Но уже очень скоро они привыкнут к крикам и нечеловеческим воплям, которыми будут сопровождаться каждая из последующих ночей.