Тина, выбираясь из-за стола, дико хохотала в приступе неконтролируемого смеха. Марка ошеломленно смотрел на девушку.
Арли, все еще хихикая, оглянулся на Бренду, которая пожала плечами и слабо улыбнулась. Повернувшись, он увидел Тину, стоящую рядом с ним, на ее лице было выражение чистого безумия, а смех не умолкал.
- Какого хрена ты смеешься?
Она размахивала кулаком, крича:
- Я принимаю противозачаточные, ТЫ, ЕБАНУТЫЙ СУКИН СЫН!
Арли закричал, когда зубья вилки, зажатой в руке Тины, вонзились ему в глазное яблоко; он потянулся за револьвером, но Марк схватил его, а Тина выкрутила вилку, и Арли завыл, как раненый зверь, как Бутчи Уокер, когда Уиллем вырвал стрелу из его глазницы. Эдди за два шага подскочил к Арли и обрушил гитару ему на голову. Затем он снова поднял гитару и со всей силы замахнулся ею, как топором, деревянная рама раскололась надвое, когда он вогнал ее в череп Арли, и ошеломленный ублюдок обмяк на своем стуле.
Долли бросилась бежать, но Марк схватил ее за волосы и с силой швырнул через стол: ложка, стакан и миска с тушеным мясом Тины упали на пол, а Долли завалилась на спину и закричала, пока Тина бежала вокруг стола, подхватывая по пути еще одну вилку. Она набросилась на визжащую девочку, схватила ее за горло и закричала:
- Сдохни, тварь!
- Нет! - крикнула Долли. - Пожалуйста!
Тина подняла вилку высоко над головой.
- Я знаю, куда они отнесли вашу подругу!
Бренда успела перехватить ее руку, прежде чем зубья вилки вонзились в зрачок Долли.
- Подожди, - сказала Бренда. - Стой, мы должны выяснить, где Тель!
Она отпустила руку Тины, и ее подруга прижала острый конец вилки у здорового глаза Долли, одной рукой крепко обхватив ее горло, другой она вдавливала вилку в нежное нижнее веко. Капельки крови выступили на зубьях.
- Помнишь, что твой кузен, или дядя, или папа, или кто он там, блядь, такой, говорил о том, что лучше ничего не пытаться делать, чтобы сбежать? Так вот, если ты еще хоть раз, черт возьми, попытаешься рыпнуться, девочка, я выковыряю твое глазное яблоко и скормлю его тебе.
- Не горячись, - сказала Бренда. - Тина, пожалуйста. - Она осторожно коснулась ее руки, и Тина отдернула вилку. - Она будет вести себя тихо, правда, Долли?
Долли утвердительно кивнула, и Тина убрала руку от ее горла. Тина встала, и они с Брендой обошли стол. Эдди стоял у двери, выглядывая через слегка раздвинутые занавески. Марк стоял над Арли, который лежал на спине на полу и стонал, вилка торчала у него из глаза, как флагшток, а пальцы чуть ниже ее трепетали у щеки, как у больного Паркинсоном. Марк держал револьвер Арли в своей здоровой руке, направив его на поверженного ублюдка. Огромный охотничий нож, которым Арли выпотрошил Бобби Джарвиса, все еще был в его ножнах, разбитая гитара валялась на полу, где ее уронил Эдди.
- Ты что-нибудь видишь? - спросил Марк.
- Ничего, - ответил Эдди.
Бренда кивнула на лежащего горца.
- Что мы будем с ним делать?
Марк пожал плечами.
- Я не знаю. Мы не можем оставить его здесь вот так... связать его?
- К черту, - сказала Тина, а затем подняла ногу и вогнала вилку глубже в глаз Арли, пока та не уперлась в заднюю стенку его черепа. На краткий миг его тело выгнулось, кулаки сжались. Затем из его рта вырвался булькающий выдох, и он обмяк, его руки шмякнулись на пол, пальцы распрямились и замерли. Тина подняла ногу, и его голова откинулась набок, согнутая вилка торчала над переносицей мертвого безумца.
- Господи Иисусе, - сказал Марк, когда Эдди с выпученными глазами подошел к ним.
Марк протянул пистолет Эдди.
- Вот, - сказал он. – Будешь отстреливаться, если что.
- Я? - спросил Эдди.
- Да, ты. Я правша, и, если ты не заметил, какой-то сумасшедший ублюдок пустил стрелу в моя правую ладонь.
- Ладно, чувак, - сказал Эдди. - Без проблем.
Эдди хотел было засунуть револьвер за пояс, но не стал. Он никогда раньше не стрелял из оружия, даже не держал его в руках. С его везением, если бы он засунул его за пояс, то точно отстрелил бы себе яйца. С другой стороны, может быть, удача наконец повернулась к нему, а может быть, и к ним всем. Еще недавно они готовились стать секс-игрушками для странной кучки одноглазых уродов, или даже тех, кто еще хуже - если вообще что-то может быть уродливее их. Теперь расстановка сил изменилась. Будь его воля, от тут же бы дал деру, несясь с этой горы так, что только пятки бы сверкали. Но, судя по намерениям остальных, придется отправляться на поиски Тельмы, где бы она не находилась. И сам парень понимал, что они не могут ее просто оставить здесь. Он бы точно не хотел, чтобы они бросили его, если бы он лежал раненый где-то.