— Ерунда. Мы ей попользуемся, а потом спихнем с террасы вниз. Летать она не умеет и никому ничего не расскажет.
— Я бы чего-нибудь съел, — сказал Октар, — но идея мне по душе. Уруша меня здорово разозлила!
Компания переместилась на кухню, картинка сменилась. Разговор продолжался за бутылкой вина.
— Откуда Ул-Ош все это взял? — спросил Кудр, не переставая, нахваливать напиток.
— Какая разница, — ответил Мадр, — Ул-Ош пропал, теперь я здесь хозяин. Вовремя он подарил мне эту штуку, — Мадр покрутил в руках пульт.
— Кстати, ты нам что-то хотел рассказать, — напомнил Октар.
— Уважаемый папаша Бор подозревает меня в убийстве своей доченьки. Должен сказать, операцию мы провернули блестяще. Даже отпечатки пальцев художника на пистолет удалось нанести. Искал бы негодяя и забыл о нас. Так нет, упрямый старик нанял целую армию следаков.
— Что они накопали?
— На меня у них ничего нет! Трое свидетелей, две женщины и один художник, что по соседству работал, в могиле и уже ничего не расскажут. Тем не менее, придется принять меры. Когда начнется большая заваруха, тану Бору станет не до меня. И можно будет от него избавиться.
— Ты даешь! — восхитился Кудр. — Заодно неплохо бы убрать всех высших бурлетов и самого тана Шора.
— Бурлеты нам самим понадобятся. Мы должны продолжить то, что задумал Ул-Ош.
— Войну? — ахнул Кудр.
— Где силу возьмешь? — спросил Октар.
— Это разве не сила? — Мадр обвел помещение широким жестом. — Неужели вы еще не поняли? Из этого места мы можем диктовать всему миру свои условия!
— Что ты хочешь от нас? — нетерпеливо спросил Кудр.
— С военными в воздушном штабе я договорюсь. Попытайтесь найти подход к морским бурлетам. Удастся, хорошо, нет, ну, и бездна с ними! Все равно, никуда от нас не денутся.
— Акрия, говорят, уже заимела свою бомбу, — заметил Октар.
— У нас их почти двести, разнесем их в пух и прах. И радары есть, не подпустим к границам чужой воздушный флот. И еще, Ош мне показывал чертежи гравитационного оружия. Он сказал, что с его помощью можно одним махом уничтожить все живое в Акрии. К сожалению, изготовить это оружие Ош не успел. Но и того, что имеется, достаточно, — с ноткой превосходства заявил Мадр.
— Почему кнопка под центральным экраном перечеркнута крестом? — спросил Кудр.
— Кто его знает, он не говорил.
— Ты не пробовал этот экран включать?
— Он показывает только одно место: Найк, улица Рядников. Обойдемся без этого экрана, других хватит. Вы со мной? Готовы принять на себя всю ответственность и тяжесть власти, а заодно вкусить все ее плюсы? Самые красивые женщины будут мечтать провести с вами ночь, престижные рестораны станут бесплатно кормить, каждый ваш приказ слуги, правильнее сказать, рабы будут мгновенно исполнять.
«Красиво запел, — подумал я с некоторым удивлением, — в духе рекламного агента!»
— Ты в нас сомневаешься?! — в один голос возмцщенно вскричали приятели. Далее они перешли к обсуждению достоинств и недостатков Уруши, девушки, на которую положил глаз Октар. Принялись со смаком обсуждать наиболее интересные части тела будущей жертвы. К недостаткам отнесли неуступчивый характер и чувство внутреннего достоинства. В результате троица пришла к общему мнению, что у девушки спереди и сзади, снизу и сверху все на месте и на самом высшем уровне. Договорились отловить ее через два дня. Выпили за удачу и за то, чтобы все задуманное с успехом исполнилось. После этого, оставив замусоренный стол, приятели вернулись к порталам. Мадр включил пульт, и они исчезли.
Я никак не ожидал подобного поворота. Но, в общем-то, все сложилось весьма удачно. Осталось только еще раз спасти мир от гибели.
— А если бы они обнаружили на балконе слайдер? — сказала Марна.
Я пожал плечами.
— Возможно, решили бы, что это машина Оша. Вряд ли он открыл Мадру все свои тайны. Ну, а мы приготовим товарищам торжественную встречу.
Глава тринадцатая
Марна не могла оторвать взгляда от картины, открывшейся за пространственным окном. У меня довольно быстро получилось отыскать это местечко по подробному описанию. Марна не раз говорила, что скучает по дому, по обшарпанной двери подъезда и даже нацарапанной на ней неприличной надписи, которую так и не удосужились закрасить. И дверь, и надпись, по ее словам, порой ей снились. Как ни странно, благодаря именно этой надписи я смог отыскать нужный подъезд. Поначалу за «окном» мы видели заборы и кирпичные стены домов, исчерканные ругательствами. Но на пятый или шестой раз появилась нужная картинка. Я видел, она колебалась. Как-то встретит родной дом после стольких лет отсутствия? И жива ли престарелая мать?