Я не считаю себя виноватой в этой ссоре.
— Немного? — усмехнулся Доменико.
— Да.
— Не немного, — отрезал Марко. — Ты сейчас пойдешь и извинишься перед ней, поняла?
— Почему я должна извиняться? Она сама виновата в нашей ссоре, пусть и извиняется.
— А из-за чего вы поссорились? — решил поинтересоваться Марко.
— Я попросила рассказать про моего папу…
— Твоего папу? — перебил Этан. Он не был в курсе всего, как и близняшки.
— Я тебе потом все расскажу, хорошо? — по-доброму обратился Марко к своему сыну, а тот кивнул. — Что дальше?
— Ну и… и я сказала, что она виновата в его смерти. В прочем то, ты тоже виноват, — усмехнулась я.
— Сейчас ты будешь обвинять всех, но не самого его? — он старался говорить спокойно, но не получалось. Он недолго помолчал и дождался, когда Этан уйдет к себе в комнату, и продолжил: — В том, что он умер виноват только он сам. Понимаешь?
— Я понимаю то, что если бы у вас не было этого дурацкого треугольника, то он остался бы жив!
— Да тут дело даже не в треугольнике! Ты подробно ни о чем не знаешь, но обвиняешь! — возмущался он. — Ты не знаешь, что тогда было. Ни ничего не знаешь, чтобы так говорить. И ты сейчас пойдешь и извинишься!
— Я если и пойду, то точно не к ней, а к себе в комнату! Ты не имеешь права мне указывать!
Бросив вилку на стол, я резко встала и собралась уходить, как Доменико остановил меня своим вопросом.
— Ты не рассказала им?
— Что не рассказала? — хриплым голосом спросила мама, которая только что вошла на кухню.
— Ах, да! Я рано утром улетаю в Ланкастер, уже собрала чемоданы. Addio! * — прокричала я и быстрым шагом пошла на второй этаж.
— Mio Dio, — только и прошептала она.
Когда я только это сказала, мама схватилась за лоб, а Марко и Доменико быстро подбежали к ней. От моей новости она начала падать в обморок. Бедняжка, не отошла еще от вчерашней ссоры, как тут услышала ошеломляющую новость, что ноги держать перестали.
Забежав в комнату, сразу упала на кровать и уткнулась лицом в подушку.
— Почему. Все. Так. Ужасно! — кричала в подушку, которая уже была мокрая от слез.
Услышав осторожное открывание двери, я привстала и повернула голову. Этан. Я любила этого малыша. Совсем скоро у него день рождение. Черт, я пропущу его этот праздник. Он был самым младшим в семье. В начале осени он станет еще старше, но уже сейчас малыш кажется таким взрослым.
— Ты от нас уезжаешь? — спросил он, когда лег рядом и обнял меня.
Я обняла его и кивнула в ответ.
— И ты пропустишь мой день рождение? — с грустью сказал он.
— Так получается. Но я обязательно пришлю тебе подарок из Англии, договорились?
— Но я хотел, чтобы ты послушала мою игру на гитаре. Я недавно выучил новую песню, и она хорошо получается, без ошибок. Не то, что остальные, — он скривился на последних словах.
— Тетя Кэтти и дядя Майкл с Тиной прилетят на твой день рождение. Не хочешь для них сыграть, как это всегда делает Тина, ради которой мы купили цифровое фортепиано?
— Нет, — отрезал он. — Тогда я вообще играть не буду. И фортепиано купили не для нее, а для меня! У меня фортепиано — второй предмет, если ты забыла.
Я не стала спрашивать его о причине такого решения. Он никогда не играет на гитаре, когда семья МакКалистер приезжает к нам, или мы к ним. Но это его выбор. Может потом узнаю причины смены его поведения и отношения ко всему, но не сейчас. Если бы он хотел, то рассказал бы мне все. Он мне и Доменико всегда все рассказывал, а мы давали ему советы. Но тут он молчит.
Надеюсь, его молчание не делает ему больно.
*Addio — прощание, драматическое слово. Предназначено для серьезных ситуаций, в которых вы, вероятно, никогда больше не увидите человека, с которым разговариваете.
Глава 6
Теодор Кеннет Эриксон
На улице вновь пасмурная погода. В принципе, не удивительно. Типичный Лондон. Многие мечтают и горят желанием переехать сюда. Но я, наоборот желал выбраться отсюда. Полететь, к примеру на юг Франции или Италии. Куда угодно, только не Лондон. Здесь собрано очень много воспоминаний. Некоторые согревают душу, а большая часть из них, ранит до сих пор. Я смотрел через окно на оживленный город. Где-то слышится гул от образовавшихся пробок на соседней улице, люди направляются по домам, после тяжелого рабочего дня. А я желал поскорее, чтобы наступило завтра. Мой давний знакомый мистер Роберт Лэрд, пригласил меня в университет Ланкастера на временное преподавание курса архитектуры. Честно, я даже не думал, что он вспомнит обо мне. Ведь с нашей последней встречи в палате Лордов прошло больше года. Я без раздумий принял условия Роберта и уже через неделю буду преподавателем.