Ошибки.
Я уже давно выехал за переделы нашего жилого комплекса и сейчас рассекал по улицам Лондона. Итак, в арсенале у меня шесть часов свободного времени. Свободного времени от черчения.
Для меня это большая редкость.
Почти все время я тратил на эскизы каких-то статуй, домов, реставраций старых зданий. Я ехал в абсолютной тишине. Мне казалось, что даже свои мысли не слышал. Проезжая мимо загородного дома, я широко улыбнулся.
Это спроектированный мною дом.
Когда-то сам думал спроектировать частный дом для себя. Предлагал эту идею маме — хотел и ее туда перевезти — но она отказалась. Ей больше нравилось жить в квартире. Наша квартира в центре Лондона, удобно добираться куда захочешь. Она уютная — его создавала мама — но мне чего-то не хватало, и я не могу понять, чего именно. Может быть, в своем доме я бы нашел то самое, чего мне всегда не хватает.
Я все ехал и задавался вопросом.
Как будет без меня мама?
Я не был маменькиным сыночком, но любил ее. Ведь она подарила мне жизнь, вырастила меня. Ей было двадцать два, когда она родила меня и осталась одна. Первое время маме было тяжело справляться со всем одной — учеба, работа. Конечно, ей помогали ее родители — мои бабушка и дедушка — но она хотела проводить больше времени со мной, и какое-то время даже жалела, что половину моего детства она пропустила, как она говорит. Но я так не считаю. Главное, что у нас с ней всегда хорошие отношения.
Буду ли я когда-то отцом маленьких детишек с красавицей женой?
Черт, разговоры с мамой на меня подействовали. Не в лучшую сторону. Заехав в «Shell», я решил заправить машину, а потом дальше продолжить ехать. Как всегда, очереди, семьи с детьми выходящие из минимаркета, который находится на территории заправки и дальнобойщики. Ничего необычного. Я заправил полный бак, завел машину и продолжил свой путь. Проехав заветное «Доброго пути», я облегченно вздохнул.
Новая жизнь.
Я начинаю все с начала. Ведь никогда не поздно. Да? Ланкастер, я, курс архитектуры — три главные позиции на данный момент. Никаких отношений. Внуки для мамы не в приоритете, она их еще столько же подождет. Я проезжал круглосуточные магазины, ощущая вкус свободны, которой я наслаждался.
Отныне нет старого Теодора. Только мистер Эриксон и учеба. Никаких отношений и сопливых разговоров про любовь.
Глава 7
Теодор Кеннет Эриксон
По приезде в Ланкастерский университет, меня встретил Роберт Лэрд. Он рассказал о планах на эти завтрашний день. Оказалось, что уже послезавтра у меня стоят пары. Профессор, который преподавал до меня, внезапно уволился и они не могли найти ему замену, тогда мистер Лэрд вспомнил обо мне. Но о том, что там скоро все начнется — меня конечно же никто не предупредил.
Не люблю такое.
У меня есть сегодняшний вечер и завтрашний день, чтобы освоиться здесь. Первое время буду жить в общежитии. Квартиру снимать проблематично, а жить в общежитии не составит никакого труда. Здесь есть все условия и мне предоставили самую большую комнату. В ней даже есть небольшая кухня. Правда душ не в комнате, а общий. Но лучше так, чем никак. Мистер сказал, что туда можно ходить ночью, в это время там уже нет никого — все разбегаются по своим комнатам и занимаются своими делами, кто-то вообще не ночует в общежитии.
Лэрд провел мне небольшую экскурсию по общежитию и сказал, что позже познакомит с университетом и профессорами. Тысячу раз извинялся за неудобство. Говорил, что хотел, чтобы я жил в квартире, а не в общежитии. Столько же раз я его успокаивал.
Попрощавшись с мистером, решил сходить в душ после долгой дороги. После хочу сходить в паб. Тут должны быть поблизости. Чтобы не было скучно — пригласил своего друга Брэда. Он сейчас как раз в Ланкастере.
Он очень непостоянный человек, уже объездил почти всю Европу и мне повезло, что сейчас он в Ланкастере. Давно с ним не виделись, поэтому есть еще один повод посидеть в пабе и выпить.
Я шел из душевой комнаты в свою, ища пабы и переписываясь с другом, договариваясь о времени и месте встречи.
— Porca troia! Guarda dove vai! * — прокричала шатенка, с которой мы столкнулись в коридоре.
Ее телефон выпал из рук при столкновении. Судя по всему, как она рассматривала телефон и кричала что-то на итальянском, наверное, там появилась трещина.
Ох, эти итальянцы…