Смогу ли я называть Марко снова папой?
Я понимала, что делаю больно ему, но мне было не легче. Он был со мной с самого моего рождения, делал все для моей улыбки, для моего счастья. Радовался каждому моего успеху, и поддерживал в провалах. Марко правда был отцом, но…
Но не таким родным, как для Доменико.
Иногда я жалею, что нам рассказали правду. Жалею, что тогда решила узнать у мамы про своего папу, после чего мы поссорились. Бывает, что внутренний голос говорит мне: «Даниэла, твои родители ни в чем не виноваты. Поло для тебя ничего не сделал, кроме того, что зачал тебя, чтобы ты считала его своим папой». И я согласна с этим. Но обида все равно есть от того, что от нас скрывали всю правду.
Посмотрев «свежим» взглядом на нарисованные глаза, представила глаза мистера Эриксона. Стало тепло на душе, но в тоже время что-то давило и не давало покоя. На днях написала ему, что мне не нужна его помощь с проектом, но для «галочки» буду показывать ему промежуточный результат. Я уже придумала то, что буду делать. На днях начну создавать эскиз настольной скульптуры на бумаге. Позже обращусь к вице-канцлеру, чтобы он выделил средства для моего проекта.
Удобно, что университет может помочь финансово для выполнения проекта.
Летая в своих мыслях, не заметила, как нарисовала набросок портрета. Не поняла, как это получилось, но мне понравилось мое творение. Казалось, это только набросок черно-белого цвета, но даже на нем я могла представить цвет его глаз, в которых отражается весь мир.
Мистер Эриксон.
Долго сидеть и любоваться небом, рисуя в блокноте, я не могла. Был холодный ветер, поэтому я поспешила в комнату.
Проходя мимо душевых комнат, из мужской услышала женские стоны.
Кто-то получает удовольствие.
Я слабо улыбнулась. Девушке хорошо, она наслаждается мужчиной, а он наслаждается ею. Вместе они одно целое. Даже если это только на один раз, они сделали подарок друг другу.
Но улыбка быстро спала с моего лица, когда я услышала имя из ее уст.
— О Боже…Теодор…
Любопытство взяло надо мной верх. Парней с именем Теодор не мало, но я вспомнила только его. Дверь оказалось закрытой на ключ. Не удивительно. Прислонившись ухом к двери, начала слушать.
Это неправильно.
— Тише, Натали, мы же не хотим, чтобы нас прервали.
Теодор и Натали. Слишком знакомые имена. Это точно был мистер Эриксон и миссис Грин. Теперь понятно, почему он оттолкнул меня. Отменил индивидуальные занятия, отверг после поцелуя. Все из-за миссис Грин. Непроизвольно по щекам потекли слезы, и я поспешила в свою комнату.
Камила только что вернулась в общежитие, и увидев мое состояние, побежала ко мне, обнимая. Я уткнулась ей в плечо, заливаясь слезами. Уже не понимала причину моих слез, но было очень обидно.
Не заметив того, я привязалась к нему, хотела быть рядом.
— Тише, Дана, — гладила подруга меня по спину. — Что случилось?
— Он…, и она… — я заикалась от слез.
— Кто он? Кто она? — обеспокоено спросила Камила, когда мы сели на мою кровать.
— Миссис Грин…
— Она не оценила твою работу?
— Она трахалась в душевой!
— И ты из-за этого переживаешь? Даниэла, она взрослая женщина, имеет право. Или ты хотела быть на месте того, с кем она трахалась? — усмехнулась она.
— Камила! — мои слезы уже остановились, и я могла смеяться, но вспомнив с кем была миссис, снова начала плакать. — Она с мистером Эриксоном…
Я упала лицом в подушку, начала навзрыд плакать. Камила сочувственно гладила меня, пытаясь успокоить. Она знала всю нашу с ним ситуацию.
Знала почти все.
— Может тебе послышалось?
— Его голос ни с каким спутать нельзя, — ответила я. — Он ведь такой особенный… ох…
— Тяжело-о-о, — протянула она, отчего стало смешно. — Вот, уже смеешься, все будет хорошо, — сказала она, поцеловал меня в щеку. — Чай? — я серьезно посмотрела на нее. — Кофе! Сама вари, я не умею.
— Сварю, в этом нет ничего сложного.
Я достала из ящика тумбы кофе, и пошла на кухню. Нужно отпустить всю эту ситуацию. Он не мой мужчина. Тем более он не тот, из-за которого я должна проливать слезы. Сварив кофе, я вернулась в комнату, мы еще поговорили с Камилой. Решили, что завтра вечером пойдем в клуб. Как раз находили в прошлый раз тот, куда можно проходить в восемнадцать лет. Хотелось потанцевать, повеселиться и выпить. Может познакомлюсь с кем-нибудь. С тем, который поможет забыть мистера Придурка.