Мы шли втроем, я держала за руку подругу, а ее за талию держал Брэд. Втроем шатаясь из стороны в сторону, мы вошли через калитку, за которой находилось общежитие. Издалека увидела знакомый силуэт, который стоял и по всей видимости смотрел на нас, сложа руки у груди.
Не трудно было догадаться кто это был.
— Те-е-е-ео, дружище, — протянул Брэд. Видимо, они друзья.
Я засмеялась от того, как он его назвал.
— Тео, как мило. У моей сестры папу зовут Лео! Лео, Тео, — смеялась я, а моей смех поддержали Камила с Брэдом.
— Мисс Бианчи, идите в комнату, — серьезным тоном произнес мистер Придурок.
— К вам или ко мне? — поиграла я бровями. — А может лучше в душевую? Уверена, под струями воды там о-о-очень прекрасно…
— Даниэла! — строго сказал он. — Сколько вы выпили? — обратился он уже к Брэду.
— Так, ну… — он поднял бутылку текилы перед глазами, которая была почти пустой. Мы выпили ее, пока ехали в такси. — Это еще не все, там было…
— Достаточно, — перебил он его, после чего мы втроем зашли в общежитие, смеясь с лица мистера Эриксона, который шел за нами, иногда придерживая меня.
Не знаю от куда, но во мне были силы сходить в душ. Видимо, это удивительная способность нашей семьи — ходить в душ после безумной тусовки, когда, казалось бы, ноги уже не держат. Возвращаясь в комнату, услышала и поняла, что там лучше не появляться.
Порче все-таки быть.
Мне не оставалось ничего, кроме как пойти к мистеру Эриксону. Когда я болела, то он говорил номер своей комнаты. Медленными шагами я дошла до его двери и тут же постучалась. Когда дверь открылась, мой взгляд упал на черные боксеры. Даже через них виделся внушительный размер, который недавно чувствовала в себе миссис Грин.
— Мисс Бианчи? — окликнул он меня.
— Простите, но можно переночевать у вас? — попросила его, сделав умоляющий взгляд. — В моей комнате Камила с Брэдом…
Он открыл дверь шире, рукой показав, что я могу пройти. Уже лежа под одеялом, повернувшись на бок, почувствовала, как матрас рядом прогнулся. Перевернувшись на другой бок, я взглянула в его глаза, улыбнувшись. Я такая милая под действием алкоголя.
— Здесь кровать одна, одеяло тоже. Больше спать мне не где. Потерпите. Тем более я вас здесь приютил, — усмехнулся он.
— Обнимите меня, — тут же сказала я. — Мне этого не хватает…
Он без раздумий обнял меня. Я уткнулась в его грудь, вдыхая его аромат. Хотелось бы лежать так вечно.
Так приятно.
Глава 22
Теодор Кеннет Эриксон
Под утро Даниэла перекатилась во сне на другой край кровати, благодаря чему я мог встать, и приготовить завтрак. Нужно постараться приготовить все тихо, спокойно, без шума. Будет глазунья, тостовый хлеб и чай.
Включив музыку в наушниках, начал готовить. Играла приятная мелодия Meltdown Джони Стимсона. Сейчас эта песня была как раз вовремя.
Было спокойно.
Достав сковороду, разбил на нее четыре яйца. В тостер положил хлеб, и включил чайник. Хорошо, что он тихий, не шумит. Я не хотел ее разбудить, она сладко спала. Мог бы пойти на общую кухню, но зачем идти туда, когда есть в комнате.
— М-м-м… — протянула она, развалившись в форме звезды на моей кровати. Хорошо, что она двуспальная. — Как вкусно пахнет! Вы приготовили завтрак? — уставилась она меня, поднявшись.
Бретелька ее шелковой пижамы спала с плеча. Она выглядела так невинно, что хотелось подойти, поцеловать, пролежать в кровати весь день, не идти ни на какие пары.
Просто наслаждаться ею.
О чем я только думаю… Но в ее объятьях было замечательно. Мне тоже этого не хватало. Наверное, если бы она не попросила обнять ее, то во сне я сам мог сделать это.
Ближе к ночи я закончил пробежку, а когда только собирался заходить в общежитие — увидел трех идущих шатающихся людей. По знакомой походке я сразу узнал друга, из-за которого Даниэла пришла ночевать ко мне. Я даже был благодарен ему. Не пустить ее к себе не мог. Она выглядела уставшей. Ее волосы на вид были слегка влажными, а в руках она держала полотенце.
У нее еще были силы сходить в душ, чему я был удивлен.
— У вас такая удобная кровать, — сна на против меня за стол, сказала девушка, после обиженно продолжив: — Почему все самое лучшее профессорам?
— Не думаю. Вы и к кровати вряд ли притронулись. Уснули и закинули всю себя на меня, — я посмеялся.