— Ты уже возбуждена, моя девочка? — усмехнулся я.
— Да… Пошли скорее!
Когда-то думал, что мне нужна спокойная девушка, с которой мы будем похожи характерами. Которая не будет никуда торопиться, заваривая чай для всех, наслаждаться этим временем.
Но она всему этому полная противоположность.
Совершенно не умеет ждать, вспыльчивая, ей не сидится на месте. Она предпочитает только кофе. За все время нашего знакомства попила чай лишь однажды, и то получилось насильно. Но он помог ей выздороветь.
Иногда я смеялся, что чай сблизил нас. Вспоминал тот вечер, когда мы спокойно сидели, пили чай, разговаривали. Уже тогда я хотел узнать о ней все, но понимал, что не время. Позже она рассказала о многом сама. Правда не все. Я ее не тороплю с раскрытием всех тайн. Придет время, и она расскажет. Мне остается только ждать.
Даниэла шла впереди меня по коридору, специально сексуально виляя попой. Сейчас уже была ночь, выходные, в коридорах никого не было. Никто не мог нас увидеть. Наши отношения были в тайне.
Может после Нового Года я уволюсь, чтобы проводить с ней больше времени не прячась.
Ускорив шаг, я шлепнул ее по попе, отчего она взвизгнула и принялась бежать. Усмехнувшись, побежал за ней. Рядом с ней просыпался тот шестнадцатилетний Теодор, который играл в догонялки со своей любимой девушкой. Наверное, это самое романтичное в отношениях, когда вы оба ведете себя, как дети, даже если вам почти тридцать.
Сначала меня пугало, что она моя студентка, ей восемнадцать лет, а я ее преподаватель, которому двадцать восемь, но потом забывал про эти статусы, цифры. Только чувства и ничего более. С ней я готов был пройти все трудности, которые определенно будут.
Догнав ее, развернул и перекинул через плечо, снова шлепнув по попе. Даниэла прорычала, сложив руки на груди. Я усмехнулся, а потом подпрыгнул, когда она шлепнула меня.
— Шикарный вид, мистер Эриксон, — игриво произнесла она. — А вы знаете, какие на вашу упругую задницу всегда взгляды, когда вы стоите спиной к нам, чертив что-то на доске?
— Я так понимаю, что вы совсем не смотрите на мои чертежи, а только на то, как смотрят на меня ваши одногруппницы?
— Нет, конечно. Я прилежная студентка, усваиваю ве-е-е-есь материал, который вы даете мне. Но знаете, взгляды девочек из моей группы мне совершенно не нравятся. Стойте как-нибудь по-другому. А лучше не надевайте брюки, в которых вы смотритесь так сексуально, — уверен, она сейчас прикусила губу.
Открыв дверь в свою комнату, я поставил девушку на ноги. Даниэла чуть пошатнулась, не дав ей упасть, придержал и ворвался в ее рот с поцелуем.
— Тебя не потеряет Камила? — посмеялся я, оторвавшись от поцелуя, закрывая дверь.
— Нет, она снова с твоим другом, — подходя к кровати, отвечала она. — Он же не собирается уезжать из Ланкастера?
— Не говорил мне об этом. Да и сам я об этом не думаю. Сейчас у него есть Камила, поездки в другие города ему не требуются, — усмехнулся я.
— Плохо знаешь Брэда, — она посмеялась, на что я приподнял бровь. — Они сейчас в Голуэйе. Она всю неделю делала задания, которые надо будет сдавать в конце следующей недели, чтобы спокойно уехать.
Не ожидал, что Брэд скроет от меня то, что уехал из Ланкастера снова путешествовать. А то, что он уехал с девушкой — что-то новое. Такого еще никогда не было.
— Значит на всю неделю твоя комната свободна? — хрипло произнес я, стягивая ее толстовку.
— А чем тебя не устраивает твоя комната? — целуя мою шею, она поднимала края моего пуловера.
— Ну, как же, она меня устраивает. Твоя ближе к университетскому корпусу, меньше кровать, так мы будет еще ближе друг к другу…
— Тебя не смущает кое-какой факт? — усмехнулась она.
— Какой?
— Другие студенты. Они могут увидеть нас. Информация пройдет по всему факультету. Меня отчислят, тебя уволят, — невинно она посмотрела в мои глаза.
— Черт, об этом я не подумал…
— А о чем ты думаешь? — спросила Дана, толкнув меня на кровать, оседлав мои бедра.
— О тебе, только о тебе, — перевернув нас, целовал ее грудь.
Мои мысли были только о ней.
Глава 26
Даниэла Бианчи
Неделя проходила спокойно. Как и все предыдущие. Чувство окрыленности, бабочки в животе рядом с ним. Свобода, спокойствие — это то, чего мне давно не хватало.
Я боялась это потерять.
Последние дни не получалось проводить время по вечерам с Теодором. Он занимался всеми ведомостями, заполнением различных документов, которые должны заполнять все профессора. Я делала всю работу, которую нам дали остальные преподаватели на длинные выходные. Рано утром за мной прилетит самолет в Чикаго, не хотела брать никакую работу с собой, все по минимуму.