Наверное, так даже лучше. Я действительно не знаю, какое у нас было бы дальше общение, после произошедшего на вечеринке. Теперь у меня нет подруги и друга, с которыми мы дружили с первого класса.
Когда мы только пришли в школу, то она первая, кто начала со мной общаться. Нам было весело. Она была моей лучшей подругой, помимо Ланы. Мы обсуждали всегда все на свете. А потом к нам в компанию окончательно присоединился Маурицио. Ему перестало нравиться окружающее его общество. В отличие от меня они были тусовщиками. Я хоть и ходила на вечеринки, но не так, как они. Можно было сказать, что у Ками и Мао страх пропустить что-то интересное. И всегда, когда на следующий день после вечеринки они приходили в школу, то мы сразу обсуждали все. Нам профессора часто делали замечания, потому что мы не могли не говорить на уроке. Грустно, что наша дружба закончилась на такой ноте. Вроде бы и хорошей, но в тоже время и нет. Я действительно изменилась и стала скрывать все от всех. Доменико и Лана знали больше всего, чего не знали они. Но даже брат и сестра не знали все. Проще было не рассказывать.
Вечером решила сходить на речку. Сидя на берегу реки, наслаждалась природой, тишиной. Здесь всегда было прекрасно, спокойно. Только здесь я могла быть наедине с самой собой. Никто не мешал, ничего не тревожило. Мыслей было много, но в тоже время они улетучивались. Сложно описать это состояние. Иногда казалось, что сама речка звала меня к себе, чтобы я посидела на берегу и полюбовалась видами. Людей тут можно было увидеть очень редко — было замечательно.
Летая в своих мыслях, не заметила, как рядом со мной села мама. Ей всего тридцать девять, но смотря на нее — не скажешь этого. А посмотрев на ее тело тем более не скажешь, что она родила пятерых детей. Спасибо природе, что дала мне фигуру мамы. Значит, я буду такой же, как она. Но точно не с пятью детьми. Хотя мама говорит, что у нее шесть детей. По ее словам, Марко ведет себя иногда, как маленький ребенок. Скоро будет уже девятнадцать лет, как они в браке, и двадцать лет, как они вместе и любят друг друга.
Смотря на них, я завидую, что спустя столько лет в них все не угасает тот огонь. Будто с каждым днем они любят друг друга только сильнее. Первое время, когда я начала назвать Марко по имени — было больно самой. Не представляю, какого было ему. Но что-то внутри не давало больше назвать его папой.
— Мам, у тебя когда-нибудь… Эм… Было такое, что парень хотел с тобой секса, а ты нет? — неуверенно спросила я, после долгой тишины. — Или невзаимные чувства…
— У тебя мог быть секс, но ты была не готова? — посмотрев на меня, она вскинула бровь и усмехнулась по-доброму.
— Ну… Ответь на мой вопрос, — усмехнулась в ответ я. — А потом я тебе расскажу.
— Да. Вспомнить сейчас, то так даже было правильно. Хотя тогда мне было неловко, — спокойно ответила она. Чего я еще не знаю о своей маме? — А у тебя?
— Помнишь, мы с Доменико ходили на вечеринку вчера?
— Конечно, ты еще потом осторожно зашла к нам в комнату, и взяла нашу кредитку, — посмеялась она и обняла меня.
— Ну ма-а-а-ам! Так вот, когда мы танцевали, мы с Маурицио… — было неловко рассказывать, но ведь она знает, что это такое. Да и про Мао она знала. — Пошли в комнату… — мама слушала, не перебивая. — И все было хорошо, как и всегда… Dio mio, так стыдно, — я закрыла лицо руками. Она не знала всех отношений с парнем.
— Рассказывать или то, что произошло?
— И то, и другое. Он хотел зайти еще дальше, а я… а я понимала, что не хочу… с ним не хочу. Будто Мао не тот человек, которого я могу подпустить еще ближе к себе. Хватало того, что есть. А потом я сама разорвала с ним отношения. Он предлагал отношения на расстоянии, потому что уезжает в другой город учиться, — соврала я. Она знает, что такое «отношения на расстоянии». — но это так тяжело. Да и его чувства невзаимные… я правильно поступила? — мама только обняла меня и кивнула, чего для меня было достаточно. — А у тебя, когда это произошло?