Мы поднялись в нашу комнату, самую дальнюю из имеющихся. Во всем доме было очень много света, не только за счет прозрачных стен, но и благодаря светлым оттенкам, отлично подобранным дизайнерами.
Комната же оказалась полной противоположностью всего дома. Темно-синие тона создавали умиротворяющую и успокаивающую атмосферу, немого загадочною, как ее хозяин. Брутальность и аристократизм в стиле Кристиано Ринальди.
– Здесь красиво, – осматриваясь вокруг, я остановила взгляд на Кристиано, который наблюдал за мной, облокотившись о дверной косяк и засунув руки в карманы брюк.
– Я купил этот дом три года назад, после… – он замолчал, ему не хотелось произносить эти слова вслух.
– Скоро все закончится, ты получил то, что хотел.
В проходе появился Антонио, уже переодетый в черную футболку и джинсы. Его правая рука была полностью забита татуировками, которые наверняка имели продолжение под черной тканью, обтягивающей накаченное тело.
– Крис, нам надо поторопиться, – сказал он, что-то показывая Кристиано на экране своего телефона.
– Через десять минут, – спокойно ответил Кристиано.
– Я поеду с вами, – вмешиваясь в их обсуждения, сказала я.
– Взрослые дела не для маленьких девочек, – тутже сказал Антонио, встретившись с моим испепеляющим взглядом.
– Антонио, недооценивай мою жену, – предупредил Кристиано брата, чтобы тот заткнулся.
– Согласен, было грубо. Прости невестка, мы должны быть более гостеприимны, – произнес Антонио, убирая телефон в задний карман.
– Она не гость, а хозяйка этого дома. И все, о чем она попросит в отсутствии меня, ты беспрекословно исполнишь.
Антонио на мгновение завис, видимо в его голове заработали извилины. Мыслительный процесс обрабатывал слова старшего брата. Он посмотрел на Кристиано, который ждал, что выкинет младший на этот раз.
– Даже, если она попросит залезть к ней в трусики?
Получив в ответ убивающий взгляд капо Торонто, мужчина удалился с довольной ухмылкой на лице.
Кристиано молча подошел к шкафу и достал оттуда чистую белую рубашку.
– Мне действительно можно с вами поехать? – сомнения все-таки были, учитывая, что женщин никогда не посвящали в мафиозный бизнес.
– Тебе не нужно мое одобрение, чтобы поехать туда, куда пожелаешь.
– Как это понимать?
Мне было трудно не придираться к каждому его слову и не искать скрытый смысл. Каждый диалог с Кристиано я разгадывала, словно кроссворд, в надежде, что все клеточки этой головоломки были заполнены верно.
– Это называется: «здоровые отношения». Привыкай.
Спустя десять минут я вышла на улицу. Погода в Канаде была ясной и достигала около двадцати градусов, единственное, по чему я буду скучать, калабрийский морской воздух. Кристиано и Антонио уже ждали у темно-синего седана, нетрудно догадаться, чья это была машина. Все тот же трезубец красовался на решетке радиатора автомобиля. Подойдя к автомобилю, я дернула ручку задней двери и села внутрь.
– Выметайся, – нажимая на кнопку зажигания, сказал Кристиано.
– Блять, серьезно? – не веря своим ушам, воскликнул Антонио.
Не получив никакой реакции от брата, он вышел из машины и открыл дверь с моей стороны. Я одарила его вопросительным взглядом, не понимая, что происходило.
– Выходи, – сказал он, указывая мне на переднее сидение. Мы поменялись местами, и машина тронулась с места.
– Таких, как ты, называют каблуками, помни об этом, – как маленький ребенок, не унимался Антонио.
Подавив смех, я повернулась к окну.
– Я все видел.
Машина стремительно двигалась по оживленному мегаполису. Минуя несколько десятков небоскребов, знаменитая башня Си-Эн-Таурер появились в поле нашего зрения.
Люди, родившиеся и выросшие в городе, настолько привыкали к пейзажам и архитектуре, что теряли чувство прекрасного. Ведь все великолепие заключалось в простых вещах. Для туриста данный вид покажется чем-то новым и необычным, остановившись, он, наверняка, сделает пару фотографий, чтобы потом показать своим друзьям. А коренной житель просто в очередной раз пройдет мимо, не акцентируя внимание на том, что его окружает. Он просто проживает день.
Мы заехали на подземную парковку, где нас встретили два охранника. Увидев нас, они тут же что-то зафиксировали в своих компьютерах.
Зайдя в лифт, Антонио нажал кнопку с цифрой шестьдесят девять и заиграл бровями. Закатив глаза, я сделала шаг назад, чтобы быть как можно дальше от этой раздражающей физиономии. Интересно, он во всем видел только эротический подтекст?