Что. Тут. Происходит.
- Что бы понять всю прелесть ситуации нужно начать с начала, - последний вопрос видимо я задала вслух, и Федор с видом победителя принялся рассказывать. - с Даней мы познакомились около полу года назад. Я тогда участвовал в благотворительном вечере, где награждались студенты, победители какой-то там олимпиады. Меня всегда интересовали потоки и магия. Как она распределяются, кто решает, кому отсыпать по больше. Власть, которую можно приобрести, если стать самым одаренным и сильным.
- Похоже на комплексы, - не удержалась от шпильки я, - Тебя, наверное, в школе в унитаз головой макали, а ты отбиться не мог.
По злобному огоньку в глазах, что загорелся после моих слов, я поняла, что попала в точку. Все напускное превосходство и спокойствие сошло с красивого лица, открыв всю злобность, что уродливыми красными пятнами стали покрывать щеки и шею.
- Почему, я должен был терпеть унижения, только лишь от того, что у меня не проснулся дар!? Почему, меня можно было избивать, лишь по тому, что резерв не многим меньше чем у богатенького сынка местного министра. Разве ты сможешь это понять? Ты всю жизнь жила в лучах славы своих родителей. Сильный, редкий дар. В то время, когда по мановению взмаха ресниц, перед тобой открывались все двери, я пробивался потом и кровью…
- Ой, заткнись! – не выдержала я, - Что ты знаешь обо мне? Бедный мальчик, трудно ему было. Из-за детских обид, ты решил отыграться на невинных людях.
Федор раздраженно махнул рукой, вновь лишая меня голоса. Я даже обиделась, потому что только хотела обозвать его тупой задницей. Видимо, он понял это по моему лицу.
- Мне все равно на тебя. Может ты и не замечала сама, как положение твоей семьи повлияло на твои успехи. Но, сути это не меняет. Тогда на благотворительном вечере Даня рассказал мне историю своей семьи. Мы тогда сильно напились. Он, я и твой братец. Даже не помню, что Айрин делал там. Хотя нет. Когда мы сидели в клубе, он только и делал, что ныл по своей Золь. Даня, может быть, и не разболтал бы о культе, но правильные слова и затуманенный алкоголем разум, сняли все барьеры. Я узнал про ритуал, культ, дневник, что хранился в особняке Власовых. Дальше, при помощи Айрина, мы заполучили все необходимое. Мой замысел ему сразу понравился, а вот Даня струсил.
С этими словами, Федор, как любимого питомца, погладил парня по голове. Тот же, так и продолжал спокойно сидеть у его ног, разглядывая свои пальцы рук. Что же с ним произошло?
- Вся информация была у нас на руках, но паренек нужен был живым. Весь ритуал основан на крови Власова. Тогда нам пришлось культ усовершенствовать. И это полностью заслуга твоего брата. Он исправил артефакт, заставив его сохранять энергию. Ошибка была в том, что одиннадцать душ не удержать в одном накопителе, и мы сделали по одному на каждую.
- Золотые монеты, - догадалась я.
- Верно, - Федя утвердительно кивнул, - в конце ритуала монеты соединяются вместе и меняют потоки. Тот, кто проводит ритуал, впитывает их в себя, и потом может сам, наделять магией кого сочтет нужным. Но, вот Даня, вдруг, решил рассказать о нашем замысле, и вся наша затея оказалась под угрозой. Тогда, гений Айрин, придумал, как отделить магию, оставив человека живым. Да, да… Ты к нему всегда была не справедлива. Парень явный талант. Благодаря которому, мы заполнили первую монету и не потеряли наследника Вилли. Правда мозг парня слегка… расплавился. Сейчас у него мышление, как у двухлетнего ребенка, и развитию не подлежит.
- Не заметила этого, когда он избивал меня возле клуба, - возразила я, с жалостью глядя на Даниила.
- Это был не совсем он, - ответил Федор, впитывая мое изумление - Я занимаю его разум. Можно сказать вселяюсь в него. Смог открыть пару талантов после применения первой монеты. Это было сложно, но мы справились. И теперь, я могу подчинять его тело, и делать клонов-иллюзий.
Федор довольно выпятил грудь. Гордость, так и плескалась в каждом его слове и действии. А я все не могла поверить, что когда то считала его красивым, милым парнем.
- И это было нам только на руку. Я выгуливал парня, чтобы не появилось подозрений, а вы бегали кругами и не могли найти ни начало, ни конца. Вот, только, что делать с Даниилом, когда все кончится, не знаю. Не поможешь решить? С начала я хотел его вернуть бабке. Но, разве не гуманнее, лишить его этого жалкого существования. Что скажешь?
Но я не могла ни чего сказать. Мне было до слез жаль парня. По сути, это сейчас ребенок находится у ног злодея, и не может заступиться за себя. Сейчас я бы наверное смогла растерзать Синегу голыми руками. Переборов свои эмоции, спросила, стараясь делать голос ровным и равнодушным.