Но к моему удивлению сила не помогала. Все мои потуги, словно отскакивали от ран, и растворялись в воздухе. А Лина уже даже не кричала. Издавая страшные, гортанные всхлипы, она затихала, глядя перед собой стеклянным взглядом. У девушки оставалось несколько минут, прежде чем, последний вздох сорвется с губ.
Артур продолжал пытаться пробиться к Синеге, но теперь ему мешали сделать это, шестеро клонов. Федор применил свои способности к иллюзиям, и на смену одному убитому, появлялся новый. Если, так он хотел отвлечь моего напарника, то ему это удалось.
Тут глаза выхватили алтарь, а точнее символы, что старательно обновлял Синега свежей кровью. Теперь мне стало ясно, почему магия не помогала. Так он привязал жизнь Лины к алтарю. Символы впитывали ее в себя, что бы потом перенаправить в монету артефакт. И если нарушить целостность рисунка, можно прервать всю цепочку, но проблема была в следующем. Алтарь, так же, как и Федор, находился под куполом.
В голову пришла идея. Медленно, стараясь, чтобы меня не приметили, я поползла по стеночке, оставаясь в тени. Шаг за шагом, я пробралась к границе купола. Рассмотрела вблизи его структуру и не смогла сдержать разочарованный вздох. Купол был совершенным. Он не пропустит через себя к хозяину, ни человека, ни магию. А, что на счет ментального дара? Это же, не совсем магия…
Примерно представляя, что меня будет ожидать, (ничего хорошего, если честно), глубоко вдохнула в легкие воздух.
Как и ожидалось, стоило только исчезнуть последнему блоку на моем сознании, как меня захлестнули чужие эмоции. Даже при маленьком уровне дара, это было схоже со снежной лавиной. Меня разрывало изнутри от боли Лины, что тысячью иглами пронзали все тело. Страх Даниила сковывал конечности, вынуждая пригибать голову и сильно жмуриться.
И только эмоции Артура, помогли немного прийти в себя. Он словно морская гладь, размеренными волнами накатывал на воспаленный мозг. Успокаивал и усмирял. Не знаю, понял ли напарник, что я собиралась сделать, но от него шла сильная поддержка и тепло. И это придало мне сил.
Отрешившись от лишних эмоций, я мысленно потянулась к Синеге. Преодолев слабое сопротивление, я смогла миновать купол и в следующее мгновение чуть не задохнулась.
Его эмоции были черными, ненависть буквально ощущалась на кончиках пальцев. Это было похоже на погружение под воду. Только вместо чистой жидкости, над головой сомкнулся тягучий, вонючий, липкий деготь. Он проникал в уши, нос, заливал глаза, и казалось, нет ему ни конца, ни края.
Как можно жить с такой ненавистью к миру? Федор сумасшедший, полностью потерявший себя в темноте.
Задыхаясь, я проникала в его голову глубже. Мне было плохо. По подбородку потекла теплая струйка, но я упорно гребла руками вязкую субстанцию, продвигаясь вперед.
Не знаю, сколько прошло времени. Может минута, а может час или целая вечность, но я нашла то, что так упорно искала.
Маленький огонек, словно искорка или пламя свечи. Чужое сознание мигало и пульсировало, обжигая, не позволяя даже смотреть на него. А я собиралась его коснуться, сжать в руке и удерживать столько, сколько смогу. И дело это, не из самых легких и приятных.
Но, что уж там.… Погнали!
На выдохе, кинулась мысленно к огоньку, обволакивая его собой, беря в плен. В ответ он неистово затрепыхался, принялся жалить и кусать. Краем слуха услышала крик, словно через толщу воды. Запоздало поняла, что это мы с Синегой орем в унисон. Теперь мне вновь было больно.
Но не только мне одной. Сейчас мы с Федором были одним сознанием. Я его поработила и удерживала. Парень повалился на пол, прекратив читать заклинание. Удерживать купол и контролировать клонов тоже больше уже не мог. Сейчас он испытывал туже боль, что и я.
Артур, не мешкая разобрался с последними иллюзиями, и в один прыжок, оказался около Федора. Сам удар я не видела, но огонек резко погас, унося с собой тьму и боль.
Единым рывком, я вынырнула из чужого сознания, широко распахивая глаза и жадно глотая ртом воздух. Первое, о чем подумала, это о том, как вдруг стало вокруг тихо.
Ослаблено завалилась набок, стараясь сфокусировать взгляд, хоть на чем-то. Получалось плохо.
Сильные руки бережно схватили за плечи и приподняли мою страдальную тушку. Надо мной повисло обеспокоенное лицо Артура.
- Малыш… - позвал он, с тревогой заглядывая в глаза, - Ты как?
Малыш говорить был не способен. Сил еле-еле хватало, что бы дышать и изредка моргать глазами. Кое - как, подняла большой палец вверх.