Два неприятельских броненосных крейсера имели вдвое меньшее водоизмещение, и там, где броненосцы имели девять дюймов брони, прикрывавших цитадель, на них стояли только шестидюймовые плиты, да в оконечностях вдвое тонкие. Но опять же – как и на броненосцах прикрыт стальной защитой почти весь борт, и пусть тонкой, но для русских 152-миллиметровых и 120-миллиметровых пушек непробиваемый. Артиллерия поскромнее калибром 203 миллиметра орудия вместо 305 миллиметров, лишь на «Касуге» одна 254-миллиметровая пушка, единственная на весь японский флот. Но мощная батарея из семи шестидюймовых пушек представляла для русских броненосцев береговой обороны страшную угрозу – «адмиралы» имели только один броневой пояс, и то прикрывавший лишь цитадель, а весь борт оставался совершенно небронированным.
Так что оба «гарибальдийца» представляли серьезных противников, недаром их классифицировали в справочниках как броненосцы 2 класса – водоизмещение гораздо меньше, чем у нормальных броненосцев, вооружение скромнее, зато скорость на узел больше. «Ослябя» от них еще сможет уйти, особенно по зыби, но любого «бородинца» догонят.
– Наша цель «Фудзи», у него нет брони на оконечностях, как у нашего «Наварина». Так что придется перетерпеть огонь на сближении, следует использовать наш единственный шанс.
Фелькерзам еще раз посмотрел на приближающиеся японские корабли, которые через несколько минут должны были подойти к точке предполагавшегося поворота, с которого и начнется знаменитая «петля Того». И мучил сейчас Дмитрия Густавовича один вопрос – проделает ли японский адмирал этот маневр или нет. Удастся ли провести третью и последнюю «домашнюю заготовку» или сразу пойдет импровизация.
– Без четверти два, – спокойно произнес Фитингоф и адмирал вздрогнул – в реальной истории сражение началось в это же время, вот только расклад сейчас был несколько иной. Если японцы приближались растянувшейся почти на три мили длинной кильватерной колонной, а за броненосцами Того уже хорошо рассматривались шесть броненосных крейсеров Камимуры, то русская Первая Тихоокеанская эскадра шла двумя колоннами. Рожественский в этот момент задумал перестроение, идя на девяти узлах, в результате чего строй смешался, а «Ослябя» так вообще остановился, пропуская вперед замешкавшегося «Орла».
Сейчас ход составлял тринадцать узлов, машины набирали обороты и обе русские колонны уже подготовились к стремительному броску навстречу противнику, ожидая момента поворота «Микасы».
– Дистанция тридцать восемь кабельтовых – «Сисой» начал пристрелку!
Единственный в колонне броненосец с новыми 305-миллиметровыми и 152-миллиметровыми пушками, шедший головным под флагом вице-адмирала, начал стрельбу – из каземата громыхнуло шестидюймовое орудие. Всплеск поднялся позади «Микасы» – флагманский броненосец Объединенного флота шел быстро. Выстрелы следовали один за другим – в бинокль были хорошо видны всплески, что встали уже впереди и чуть левее, русские комендоры нащупывали дистанцию. На самом «Наварине» все давно были готовы к сражению, мандраж охватил немногих, большинство моряков сохраняло олимпийское спокойствие – все же прошли этой ночью первый бой, и с определенным успехом, так что появилась некоторая уверенность в собственных силах.
– «Микаса» начал отворот к нам!
Не успел звенящий крик отразиться от стальных стенок рубки, как Фитингоф тут же приказал дать полный ход и открыть огонь по неприятельскому кораблю, что начал поворачивать вслед за японским флагманом. Но то была пока пристрелка – бой начнется с третьим кораблем, на который будут нацелены четыре 305-миллиметровые пушки «Наварина» и шесть 203-миллиметровых орудий «Адмирала Нахимова». Слишком разными будут всплески от снарядов, а потому не затруднят стрельбу по вражескому броненосцу.
– Это наш единственный шанс, Бруно Александрович, другого не представится, – негромко произнес Фелькерзам, наблюдая, как у борта «Сикисимы» поднялись большие султаны взметнувшейся к небу воды…