– Признаю правоту вашего превосходительства, – Клапье де Колонг только наклонил голову и отошел, приказы, даже отданные в такой форме, подлежали немедленному выполнению. Дмитрий Густавович, закурив папиросу, а на мостике могли курить только флагманы и командиры кораблей, стал разглядывать эскадру, что шла на двенадцати узлах экономического хода. Уголь требовалось беречь, путь до Владивостока дальний, а в бою придется ходить и на максимальном ходу, причем не раз и не два.
Снова шли двумя колоннами, но не по шесть броненосцев, а по пять в каждой – «Ушаков» уже начал выход из строя, выполняя поднятый на мачте «Наварина» сигнал. Однако ослабления первого и второго объединенных отрядов не было – неприятельские силы тоже были ослаблены, причем безвозвратными потерями, в то время как русские крейсера получили весомое подкрепление со стороны главных сил.
В правой колонне Небогатова шли четыре «бородинца» с «Императором», причем Николай Иванович поставил старый броненосец третьим в своей колонне, впереди «Бородино» и замыкающего «Орла». И это было правильное решение – нельзя ставить концевым наиболее слабый по бронированию корабль с устаревшей артиллерией. Его необходимо упрятать в середину, между более сильными броненосцами, что смогут прикрыть в случае необходимости. К тому же японцы любят вести сосредоточенный огонь по головному и замыкающему броненосцам, а этим нужно воспользоваться. А «Император Николай», хотя его пушки и снабжены зарядами из дымного пороха, уже показал эффективность своих снарядов, которые постоянно взрывались при попадании в цель.
Левая колонна состояла из ведомых Фелькерзамом броненосцев – головным шел «Наварин», а затем следовал «Апраксин», единственный из броненосцев береговой обороны, что имел на корме не два орудия, а одно, зато с углом возвышения в тридцать пять градусов, как на затопленной в Порт-Артуре «Победе». И не расстрелянное в учебных стрельбах – пушка могла спокойно посылать снаряды на полсотни кабельтовых. Потому специально для нее загрузили полный боекомплект – в бою дальнобойность могла пригодиться. Затем следовал «Сенявин», корабль скорее близкий к «Ушакову», чем идентичный, как полагалось бы «систершипам». Различие в броневом поясе – на стоявших сейчас в линии броненосцах пояс из был из более прочной гарвеевской брони. А потому толщина составляла восемь с половиной дюймов, и он выходил за орудийные башни к корме и к носу. В то время как на «Ушакове» стояла сталеникелевая броня, зато в десять дюймов толщиной – она защищала исключительно цитадель, и пояс был значительно короче.
Перегрузка на первых двух броненосцах оказалась столь значительной, что требовалось ее снизить. Потому на «Апраксине» поставили в корме одноорудийную башню, это его отличало из всей троицы. Было бы лучше, на взгляд самого Фелькерзама, если еще одну такую же поставили в носу, и за счет этого усилили бы бронирование, прикрыв ватерлинию на всем протяжении – тогда корабль стал бы более пригодным для боя.
Как ни странно, но именно эти три вроде однотипных броненосца береговой обороны свидетельствовали о пороках отечественного кораблестроения. Все они имели существенные отличия друг от друга, причем многочисленные, даже в расположении 120-миллиметровых орудий. И если честно, то их не следовало отправлять на Дальний Восток – в предстоящем сражении все трое из-за своих недостатков могли быстрее других стать жертвами артиллерийского огня, противостоять которому не смогут.
Замыкали колонну «Адмирал Нахимов» и вернувшийся в строй «Сисой Великий». Броненосец получил значительное число снарядов, но два броневых пояса с казематом выстояли, хотя многие небронированные конструкции были изломаны взрывами.
– Вовремя он выскочил из переделки, могло быть и хуже, – подытожил Фелькерзам, разглядывая концевой корабль. Теперь линия как бы подпиралась спереди и сзади двумя полноценными броненосцами, которые выстоят под массированным огнем броненосных крейсеров. А в том, что предстоит бой именно с отрядом вице-адмирала Камимуры, Дмитрий Густавович не сомневался. Второй раз Хэйхатиро Того не допустит ошибки, и не подставит слабо защищенные броненосные крейсера под тяжелые орудия новых русских броненосцев. Гибель «Асамы» наглядно показала, чем такое противостояние может окончиться в самом скором времени. Но пять броненосных крейсеров тоже страшный враг, и о победе над ним речь не идет.