– «Сума» под адмиральским флагом, за ней «Акисуцима», замыкает «Идзуми» – бывший чилийский крейсер.
– «Эсмеральда», Владимир Николаевич, японцы ее купили перед войной с китайцами.
– Старый крейсер, но вооружен прилично, – Миклуха уже оценил мощь огня, который обрушится на корабли русского отряда. На флагмане и «чилийце» бортовой залп в две 152-миллиметровые и три 120-миллиметровые пушки, на чуть большей «Акицусиме» на одно 120-миллиметровое орудие больше. Всего шесть шестидюймовых пушек и десяток 120-миллиметровых – серьезно, но не смертельно, ведь русские «князья» имеют полный, от штевня до штевня, броневой пояс, фактически непроницаемый для вражеских снарядов. А если не учитывать огромные пушки «сим», то огневая мощь русского отряда весомей выйдет.
– Идем на восток – до полосы тумана час хода на двенадцати узлах. Мы притянули к себе шесть вражеских крейсеров, да полтора десятка миноносцев с авизо – это означает, что они не будут сражаться с нашей эскадрой, – Миклуха сверкнул глазами, страха у него не было, а лишь нарастающее перед схваткой возбуждение.
– Вы не станете вскрывать «красный пакет», ведь его превосходительство разрешил это сделать?
– Я не собираюсь бежать обратно, оставляя нашу эскадру в сражении! Мы будем драться, точка рандеву нам известна, вот и пойдем туда с боем! Прорвемся или нет, бог даст, но бежать не станем!
Слова были сказаны таким тоном, что собравшимся на мостике офицерам стало ясно – отступления не будет, а сражение не на жизнь, а на смерть, до последнего снаряда, до последней капли крови.
– Не забывайте, господа офицеры – вражеские корабли по водоизмещению вдвое меньше наших крейсеров, кроме «сим», те чуть побольше, но уступают нашему «Ушакову». И вооружены мы лучше – отступать и бежать нельзя, грех такой на душу брать?!
Миклуха обвел взглядом офицеров и матросов – лица у всех приобрели некоторую ожесточенность, какая бывает о людей, что собрались духовно и телесно на последний бой. А командир «Адмирала Ушакова» подвел черту, громко произнеся:
– Лучше живот свой положить за други своя! А мертвые сраму не имут! Поднять стеньговые флаги! Мы принимаем бой!
Миклуха остался стоять на мостике, наблюдая, как две колонны японских крейсеров начинают сближение, стискивая русский отряд с двух сторон. Огонь начнут с 25–30 кабельтовых, дистанции, которая позволит задействовать почти три десятка 120-миллиметровых пушек. Вот только в ответ загремят 254-миллиметровые орудия, снаряды которых прошьют оба борта навылет – в том, что они скверно взрываются, Миклуха уже убедился в прошлом бою. Но зато если пробьют броневую палубу и доберутся до «потрохов», то маленький вражеский крейсер обречен. Ведь чем меньше корабль по водоизмещению, тем быстрее он нахватается повреждений, которые могут стать для него смертельными.
– Вы правы, Владимир Николаевич, посмотрите на запад – там многочисленные дымы. К японцам идет помощь, – негромко произнес Мусатов, показывая на дымы, что медленно подползали.
– Наплевать, это отряд контр-адмирала Ямады – там собрана старая рухлядь и канонерские лодки. Больше у японцев в резерве ничего нет. Возможно, вспомогательные крейсера, но они нам не противник. А «Бодрого» японцы не способны догнать – их миноносцы бегают намного медленнее, да и вооружены плохо, – Миклуха усмехнулся, продолжая всматриваться в японские крейсера и терпеливо ожидая новых выстрелов 320-миллиметровых орудий, что перезаряжались очень долго и стреляли соответственно поговорке – «в час по чайной ложке».
Главное, чтобы не попали…
– Владимир Николаевич, получена радиограмма от адмирала Фелькерзама. Сюда идет эскадра, а крейсера с «Ослябей» и «Императором Александром» уже отправлены на помощь!
Глава 41
С высокого мостика «Микасы» был хорошо виден в бинокль большой лайнер, превращенный русскими во вспомогательный крейсер. Нос корабля погружался в белый бурун, потом снова поднимался над бурлящей водой, из высоких труб густой пеленой извергался черный дым – корабль шел на максимальной скорости, а она у него была в пределах двадцати узлов, как хорошо знал японский адмирал. А потому даже не приказал выслать в погоню единственный быстроходный крейсер «Читозе». Хотя по «паспорту» тот мог выдать двадцать два узла, но то на мерной мили, а тут море с зыбью – в лучшем случае крейсер выдаст девятнадцать – двадцать узлов, и то на короткий срок в несколько часов. А лайнер способен на семнадцати узлах идти тридцать часов – этого времени хватит с лихвою, чтобы добраться до Владивостока, придет уже завтра к вечеру. А там стоят броненосные крейсера, действия которых не раз будоражили страну Ямато в этой войне – одно потопление войскового конвоя, на котором погиб резервный гвардейский полк, многого стоило.