И крейсер «большой бронепалубный», ведь на тысячу тонн водоизмещения больше, чем японские малые крейсера, и вооружен страшной пушкой. Тоже по внешним показателям полное соответствие. А дневным боем и лукавить не нужно – «Фудзи», «Асама» и «Кассаги» первоклассные корабли, и победа над ними есть законная гордость. Правда, потом потеряли сразу два броненосца береговой обороны…
– То невелика потеря, теряют больше иногда, – пробормотал Фелькерзам, прекрасно понимая, что гибель двух «адмиралов» была закономерна. Корабли ограниченного водоизмещения для эскадренного боя совершенно не годятся – они обречены изначально, так как имеют ограничение по ряду важнейших показателей – недостаточную артиллерию и скорость хода, толщину и площадь бронирования. Да и вообще – все три броненосца береговой обороны практически равны по водоизмещению «Князю Суворову» и чуть поменьше «Микасы». А в боевом отношении еще менее значимые единицы. Их 254-миллиметровые пушки, кроме одной-единственной на «Апраксине», имели расстрелянные стволы. Совершенно «убитые» в учебных стрельбах – а ведь могли бы летом прекратить маневры, раз война идет, или озаботиться изготовлением и установкой новых пушек.
Если говорить честно, то будь вместо трех ББО один нормальный новый броненосец, пусть тоже «Бородино», даже второй «Ослябя» – Дмитрий Густавович обрадовался бы неимоверно. Но чего нет, того нет, и оставшийся в одиночестве «Адмирал Ушаков» сейчас шел со старыми крейсерами, где ему и место, у тех хоть пушки новые.
Зато потом снова началась «масленица» – наткнулись на остатки пятого отряда вице-адмирала Катаоки и седьмой отряд контр-адмирала Ямады, причем в ситуации, когда японцы не могли убежать. По старым тихоходным кораблям последнего отряда стреляли даже сегментными снарядами в упор, торопясь от них полностью избавится. И облегчить броненосцы на несколько тонн бесполезного груза – «морская картечь» оказалась полностью неэффективной, попасть в миноносцы вообще не удалось, хотя именно для их уничтожения эти снаряды и разрабатывались.
Вот только как можно быстро провернуть тяжелую башню и навести двенадцатидюймовый ствол на юркий миноносец, что за это время успеет обежать броненосец по кругу?
Хорошо, что этими самыми снарядами успели разнести вдрызг деревянную лайбу больших размеров, примерно соответствующую клиперам времен окончания Крымской войны. Но так как пушки на ней стояли, можно отнести в разряд канонерских лодок, как и два других корабля – один поменьше размерами, другой совсем маленький, как буксир «Свирь», что сопровождал эскадру. Лишь один корабль был бронированным – «Фусо», и хотя на нем были установлены лишь скорострельные пушки, его можно будет записать в корабли береговой обороны.
А ведь еще две «симы» и небольшой авизо – его перехватили «Олег» со «Светланой» и на пару утопили. Последний можно в «большие минные крейсера» записать – таковым он в какой-то мере лишь является, но название все же куда громче и значимей. Жаль, что крейсера 6-го отряда убежали, а то бы победный счет оказался куда более внушительным, хотя реальная ценность всех этих кораблей невелика – потерянные «Апраксин» и «Сенявин», никак не больше, скорее меньше.
Фелькерзам пребывал в какой-то эйфории, сам не понимая, как в нее попал, стало благостно. Вот только пронзительно громкий крик вахтенного сигнальщика, полный бескрайнего удивления, ярости и прорвавшегося страха, вырвал контр-адмирала из оцепенения.
– Японцы на траверзе концевого «Сисоя»! Из тумана выходят! «Микаса, за ним «Сикисима, а дальше…
Отчаянный крик матроса заглушил выстрел казематной шестидюймовой пушки, выплеснувшей белый дым с языками пламени, что прозвучал колокольным набатом общекорабельной тревоги…
Глава 47
Недаром говорят: бойтесь мечтать, ведь ваши мечты могут исполниться. Русские корабли несколько часов находились под массированным огнем на тех дистанциях боя, на которых их ответная стрельба была и неточной, и неэффективной. А тут японцы сами пошли на резкое сближение – такого от них никто не ожидал!