Три крейсера 6-го отряда, что вели ожесточенный бой с «князьями» и «Ушаковым» моментально осознали, что следует делать при появлении такого противника. Вся троица резко отвалила в сторону, и стала набирать ход, за ними последовал десяток малых номерных миноносцев. Несмотря на фанатичную ярость японцев, командиры понимали, что дневная атака на броненосцы невозможна — даже на дальность стрельбы из минного аппарата не дадут выйти. Но несколько миноносок просто не успели скрыться — два быстроходных русских «камушка» с появившимися «дестройерами», которые не зря именовали «убийцами миноносцев» не оставили им ни малейшего шанса на спасительное бегство.
Все события происходили прямо на глазах Бэра, что стоял на мостике и спокойно взирал на развернувшееся перед ним сражение, вернее безжалостное избиение вражеских отрядов, что за полчаса до этого чувствовали себя победителями — ведь их было десять против троих. Но на то и война, что роли в ней могут стремительно поменяться, и жертва неожиданно для охотника окажется свирепым и огромным хищником, а вместо ружья в руках тот обнаружит маленькую зубочистку.
— Вот и все, теперь не удерут, — Владимир Иосифович хищно оскалился, видя, как в маленький крейсер попал десятидюймовый снаряд вкупе с полудюжиной шестидюймовых. «Ицукусима» стал терять ход, зарываясь носом в волны. Идущий следом «император» добивал второй крейсер — под градом снарядов, а по нему стреляли все три башни 152 мм орудий, и вели обстрел оба «князя», маленький крейсер запылал, и тоже потерял ход. Но японцы отчаянно дрались — с него продолжала стрелять единственная уцелевшая 120 мм пушка, впрочем, недолго…
— Вовремя пришли, а ведь за нами самими идет погоня, — пробормотал Бэр, видя, как взметнулись вверх огромные султаны из многих тонн воды — «Бедовый», «Громкий» и «Бравый» добили торпедами пылающие развалины, что прежде были малым броненосцем и двумя крейсерами. А вот канонерские лодки были потоплены исключительно артиллерийским огнем, причем одна буквально разлетелась на куски от снарядов «Императора Николая» — ее корпус оказался деревянным.
— Ваше высокоблагородие! Адмирал приказывает снабдить миноносцы заготовленным углем незамедлительно!
Сигнальщик выпученными от усердия глазами смотрел на Бэра, а на лице расползлась радостная улыбка. В иное время Бэр обложил бы его на всю «ивановскую» руганью, но последние дни отказался от прежнего поведения после «беседы по душам» с Фелькерзамом. Было неприятно, когда адмирал сказал, что он неправильно ведет себя с командой, которая за излишнюю строгость, совсем ненужную перед боем, называет службу на «Ослябе» арестантскими ротами. А иные матросы вообще желают поскорее «уйти на дно, под флаг адмирала Макарова».
Слушать такое от Дмитрия Густавовича было неприятно, но пришлось поменять отношение — и вот уже три дня занимался не проверкой чистоты в машинных отделениях, проверяя вымытые трубы ладонью в белой перчатке. Нет, сейчас Владимир Иосифович уделял все внимание именно бою, даже кирас приказал приготовить с избытком. И пожарные дивизионы не зря гонял на учебных тревогах — сейчас матросы действовали как черти, и стреляли, и тушили. И что удивительно — капитан 1 ранга сам перестал ощущать спиной ненавидящие его прежде взгляды…
Броненосец береговой обороны "Фусо"
Глава 43
— Еще немного, десять минут хода, и кошмар закончится, — Дмитрий Густавович тихонько бормотал себе под нос, не ощущая тяжести кирасы на своих плечах. «Наварин» содрогнулся от слитного залпа башенных орудий — у головного «Идзумо» выросли два всплеска, еще два снаряда упали за кормой. Промахивались артиллеристы часто, броненосец постоянно рыскал на курсе, стараясь сбить японцам пристрелку. И небезуспешно, иначе бы под бешеным градом снарядов выстоять бы не удалось. Порой казалось, что японцы запаслись боеприпасами в двойном комплекте — стреляли безостановочно, снарядов не жалели.
— Самая малость осталась, нужно перетерпеть, — Фелькерзам ощущал внутри себя тоску — с каждым разом в этом сражении японцы стреляли все точнее, и как ему казалось, намного быстрее, чем в начале, хотя, возможно, это субъективное ощущение, ведь всегда кажется страшным тот обстрел, что еще не закончился. А до густой туманной пелены осталось совсем немного — полтора десятка кабельтовых и вот оно спасение, тем более, что уже сейчас броненосец шел в легкой дымке.
Японцев удалось провести хитрым маневром — Того с Камимурой бросились вначале за броненосцами Небогатова, когда до японского адмирала дошло, что русские не собираются прорываться на север. И ход противнику удалось набрать не сразу, и по дуге вначале японцы пошли, и лишь потом сообразили, что русские полным ходом идут на юг. Это позволило нарастить фору во времени, и к сожалению, более быстроходным броненосным крейсерам удалось нагнать 2-й отряд, когда идущие впереди буксиры, которые развили феноменальную скорость в 14 с половиной узлов, что больше «паспортных» значений, скрылись в тумане.