Отхлебнув очередную дозу «лекарства», Фелькерзам закурил папиросу — ему казалось, что прошла вечность, настолько смешалось восприятие действительности. Все казалось зыбким и нереальным, и Дмитрий Густавович «поплыл» от затяжки, и с трудом вернулся в действительность. Тряхнув головой, он спросил флаг-капитана:
— Как вы думаете, наш князь уже отправил телеграмму во Владивосток и в Петербург?
— Скорее да, мы ведь отпустили германский пароход вечером 11 числа, утром 13 он должен был прибыть в Шанхай. Князь Церетели исполнительный офицер, а там наш консул…
— Консул обязан отправить эти телеграммы немедленно, мичман мой младший флаг-офицер — у него на руках приказ!
— Это, конечно, так, но у меня самого порой возникает ощущение, что многие живут сами по себе, не замечая, что другие воюют…
Сдавшиеся японцам 15 мая 1905 года русские броненосцы береговой обороны "Адмирал Сенявин" и "Генерал-адмирал Апраксин"
Последний залп броненосца береговой обороны "Генерал-адмирал Апраксин" в Цусимском бою (АИ)
Глава 44
е— Теперь все будет хорошо, ваше превосходительство, мы ведь отбились от японцев…
— Пока мы побеждаем только лишь по счету, Константин Константинович, лишившись в бою двух броненосцев береговой обороны. Болезненно, но не смертельно, так — вместо удара ножом получили шлепок ладонью, — Дмитрий Густавович фыркнул, но голос тут же стал серьезным:
— Поверьте моему чутью, теперь наши потери вскоре возрастут многократно. Дальнейший дневной бой, мы, может быть, и переживем, потому что зашли в полосу спасительного для нас тумана. Но пару кораблей потерять можем — нас в покое японцы не оставят, ведь у них превосходство, и что самое скверное, снова перехватили инициативу. Завтра огребемся по полной программе, ночью от атак миноносцев, днем от броненосцев и крейсеров Камимуры — у самураев все преимущества!
Фелькерзам закурил очередную папиросу, от табака во рту уже горчило, но без него было бы во сто крат хуже. Только им и спасался, да «микстурой», не заметив, как с двух часов ночи выхлебал до пяти часов вечера два флакона — больше полулитра превосходного коньяка. И ни в одном глазу, трезвый, как стеклышко, и непонятно почему. Только усталость страшная и кусок в горло не лезет, хотя моряки за милую душу уминают заранее зажаренных курей — хвала «птичнику» крейсера «Мономах». Да тушенку помимо того выдали всем, причем, несмотря на жалостливые стенания корабельных ревизоров, двухфунтовую банку консервированного мяса на одного матроса, а не на двух, как полагалось.
— Вы полагаете, Дмитрий Густавович, что Того пойдет еще на один артиллерийский бой вечером, а потом еще завтра с утра?!
Вот сейчас в голосе флаг-капитана Колонга впервые прорезался тщательно скрываемый страх, и он был понятен. Находиться целый день под обстрелом то еще удовольствие, тем более, когда тебе раз за разом демонстрируют огневое превосходство. В конечном итоге, именно «шимозный ливень» и сломал 2-ю Тихоокеанскую эскадру Рожественского в Цусимском бою, в том, который прежде состоялся.
— Несомненно, вы заметили, что японцы прекратили стрелять через туманную дымку, ориентируясь на мачты наших кораблей? И время от времени их миноносцы выныривают из пелены и тут же убираются обратно, постоянно проводя разведку?
— Да, это так, мы их немедленно отгоняем огнем.
— Этого недостаточно, а ведь впереди участок, где полоса воды сужается до 15 кабельтовых, судя по докладу Шеина. Там миноносцы могут выскочить немалой толпой, выпустить торпеды и убраться в туман обратно. А потом японские броненосцы и крейсера перейдут через дымку и довершат битву своими пушками, — Фелькерзам говорил совершенно безмятежно, сейчас мысленно играя за Того, он не видел лучших для Хейтахиро перспектив. А они были весомыми при таких действиях.
— Можно отойти к противоположной кромке, и при атаке повернуть «всем вдруг» и уйти в туман, подставив винты, а бурун за кормой будет отталкивать торпеды, — немедленно предложил начальник штаба, такой маневр отрабатывался, и специально предназначался для отражения торпедных атак. Именно его пропагандировал в качестве панацеи, другого слова тут не подберешь, командир крейсера «Олег» капитан 1 ранга Добротворский.