Дальше — больше!
В гибели «Рюрика» он тоже виновен, хотя телеграмма о выходе 1-й Тихоокеанской эскадры во Владивосток пришла слишком поздно, когда он уже вывел крейсера в море, не зная, что прорыв не удался. Витгефт погиб, часть кораблей разбежалась по нейтральным портам, оставшиеся пять броненосцев и крейсер вернулись обратно, в осажденную крепость. А там они и погибли, расстрелянные тяжелой осадной артиллерией. Лишь командир «Севастополя» капитан 1 ранга Эссен вывел броненосец на внешний рейд, и три дня отбивал атаки миноносцев, получив все же торпеду в борт.
Николай Оттович хоть затопил свой корабль в море, а все остальные броненосцы и крейсера затонули в гавани. Теперь японцы их легко поднимут и со временем введут в строй, но теперь уже под флагами страны Восходящего Солнца. А он сам, выполняя приказ и идя на помощь тем, кто уже разбежался в разные стороны, потерял в ожесточенном бою «Рюрик». И не мог не потерять корабль, и хорошо, что отделался одной утратой!
У японцев были четыре превосходных крейсера, отлично забронированных, предназначенных для эскадренного боя, а не для океанских действий по истреблению транспортов. Достаточно сравнить бортовой залп — против русских 6-203 мм и 22-152 мм пушек у противника имелось 16-203 мм и 27-152 мм орудий. Более, чем двойное превосходство в весе металла и взрывчатки, что содержится в снарядах, а то и больше!
Не будь «Рюрика» в составе, два других крейсера оторвались бы от погони, но с ним и они также обрекались на гибель. А сам Карл Петрович, хотя ему было тяжко, принял правильное решение оставить лишившийся хода корабль, и при этом критики не упоминают, что он дважды возвращался к «Рюрику», стараясь помочь обреченному крейсеру. Но его при этом втихомолку обвиняют в трусости!
Карл Петрович только покачал головой, вспоминая, в каком состоянии пришли во Владивосток броненосные крейсера, которые пришлось ремонтировать до октября. А там случилась новая напасть, которую не ждали — стоило «Громобою» выйти в море, как крейсер получил серьезные повреждения и до конца февраля простоял в ремонте. И опять во всем виноватым оказался Иессен — шепотки пошли по всем кораблям ВОКа.
Даже в случайной гибели дошедшего до Корсаковского поста крейсера 2 ранга «Новик», героя обороны Порт-Артура, обвинили его лично. Ведь если бы «Богатырь» не был посажен на камни, то этот мощный бронепалубный крейсер 1 ранга отправился бы на встречу единственного прорвавшегося после боя в Желтом море корабля. А там вдвоем русские крейсера потопили бы малый японский бронепалубный крейсер «Цусима», который и потопил одинокого «Новика» — все же шесть 152 мм пушек вдвое мощнее шести орудий, но калибром в 120 мм.
Хотя невдомек недалеким критиканам, что во Владивостоке просто не знали о прибытии «Новика» на Сахалин. А потому оказать ему помощь было совершенно невозможно, да и некем — ведь «Россия» и «Громой» вернулись в крайне потрепанном состоянии, избитые снарядами крейсеров Камимуры. И выйти в море смогли только в конце сентября.
Посыпались упреки и в том, что «Богатырь» за год так и не смогли отремонтировать. И потому, что несчастный крейсер то ставили в док, то выводили из него, потому что требовалось срочно отремонтировать «Громобой». Но ведь за ремонт кораблей отвечает начальник порта контр-адмирал Греве, а не Иессен, и он «завалил» все работы, не организовав должным образом проведение всех нужных исправлений.
Но что тут докажешь, когда налицо «Крейсерская Погибель», всегда и во всем виновная?!
И в последние дни нападки на контр-адмирала Иессена только усилились, особенно после недавнего подрыва «Громобоя»…
После боя 1 августа 1904 года у острова Ульсан.
Схема бронирования и вооружения броненосного крейсера "Громобой" в русской-японской войне.
Глава 49
— Лево на борт! Режем курс неприятелю! Так мы займем выгодную для анфиладного огня позицию!
Явление выныривающих из тумана одного за другим японских броненосцев привело контр-адмирала Небогатова в смятение, которое, к счастью, заняло всего четверть минуты — Николай Иванович быстро опомнился, мгновенно просчитав ситуацию.
— Того сам загнал себя в капкан — теперь ему только обратная дорога в туман, иначе утопим его «Микасу», как паршивого котенка в пруду! Открыть огонь из всех орудий!
Последняя команда запоздала — командир флагманского «Князя Суворова» уже давно распорядился встретить неприятеля. Пока рявкнули только башенные 152 мм орудия, отправив навстречу японскому броненосца четыре снаряда. Но всплесков вокруг «Микасы» было неимоверно больше — все пять русских броненосцев первого отряда получили великолепную возможность сосредоточить убийственный огонь по неприятельскому флагману. Но если «Ослябя», «Бородино» и «Орел» прибегли к дефиладному, или фронтальному огню, но начавший поворот «Суворов» и следующий за ним в кильватере «Император Александр III» через несколько минут могут получить возможность вести убийственный продольный огонь, именуемый анфиладным. При котором любой перелет или недолет обязательно найдет следующие за флагманским броненосцем корабли.