— Почему с ним? — удивилась Эвелинда. — Почему не с Бидди?
— Дарак был лэрдом, — объяснил Каллен. — Только он один мог взять на себя ответственность и помочь Дженни избежать брака с Кэмпбеллом. Им предстоял серьезный разговор, поэтому он посадил ее на своего коня, и они уехали. Должно быть, Дарак отказал ей в защите — она вернулась вся в слезах, убежала в свою комнату и больше не выходила. Бидди нашла ее на следующее утро. Дженни повесилась в соларе.
Брови Эвелинды взлетели вверх. Вот в чем причина того, что солар пустует. Видимо, так распорядилась Бидди. Для нее это помещение навечно связано с воспоминаниями об умершей младшей сестре.
— Пойдем. — Каллен взял ее за руку и повел к своему коню.
Эвелинда молча последовала за мужем и не произнесла ни звука, пока он усаживал ее в седло и сам располагался сзади. В конце концов, он по-настоящему поговорил с ней, и это очень приятно. Но теперь все ее мысли сосредоточились на том, что удалось выяснить. Сестра Бидди умерла за две недели до гибели дяди Каллена и похоронена на том самом месте, где потом встретили свою смерть отец и первая жена Каллена. Странное стечение обстоятельств… возможно, отнюдь не случайное.
Глава 13
— Спасибо.
Эвелинда мягко поблагодарила Милдред, добавившую в чашку свежую порцию медового напитка, и скользнула взглядом по главному залу. Утром Каллен ушел, не разбудив ее, и к тому времени, когда она спустилась вниз, все остальные обитатели замка уже позавтракали. Теперь здесь остались только Милдред, Рори и Джилли. Мужчины расположились на дальнем конце стола, тихонько переговариваясь друг с другом. Они по-прежнему охраняли ее.
— Сегодня вы выглядите страшно рассеянной, — отметила Милдред, усаживаясь на скамью рядом с Эвелиндой. — Да и вчера после того, как вернулись от Коминов, словечка не вымолвили. Что-нибудь случилось, когда вы были там? Плохо съездили?
— Нет. Я чудесно провела время, — заверила Эвелинда совершенно искренне.
Однако она действительно была рассеянной после возвращения в Доннехэд. Все ее мысли сосредоточились на одной проблеме — как потактичнее подступиться к Бидди с разговором о Дженни. Эвелинда не сомневалась: самоубийство Дженни за две недели до смерти Дарака, затем гибель отца и первой жены Каллена на том самом месте, где бедная девушка нашла свой последний земной приют, — эта цепь трагедий не является случайным стечением обстоятельств. Должно быть, есть какое-то связующее звено. Но какое? Без разговора с Бидди этого не выяснить, вопрос только в том, как причинить ей поменьше боли расспросами.
— Ну хорошо, — сказала Милдред, обращаясь к молчаливой хозяйке. — Если вы не испортили очередное платье, забыв сказать мне об этом, тогда я закончила штопку вашей одежды. Не желаете сегодня заняться соларом? Вы говорили, что хотели бы убрать там и снова сделать это помещение жилым, — напомнила горничная.
Эвелинда задумчиво кивнула. Да, она собиралась привести комнату в божеский вид, но это было до того, как выяснилось, что там покончила с собой Дженни. Не то чтобы Эвелинда изменила свое намерение, просто ей очень не хотелось огорчать Бидди.
— Скорее всего получится премилое местечко. Вы с Калленом могли бы подниматься туда по вечерам из забитого людьми главного зала и спокойно ужинать вместе, не используя для этого спальню.
— Да, — пробормотала Эвелинда и со вздохом добавила: — Однако, боюсь, Бидди будет неприятно. Наверняка это заставит ее заново переживать печальное прошлое.
— Печальное прошлое?
Эвелинда молчала, сосредоточенно обдумывая сложившуюся ситуацию. Ей в голову пришла интересная мысль. Милдред и Бидди в последнее время много разговаривали друг с другом. Долгими часами они сидели после ужина у камина и беседовали о том о сем, занимаясь штопкой, вышиванием или еще каким-нибудь рукоделием. Дружба леди со своей личной горничной — довольно частое явление, но чтобы леди подружилась с чужой горничной — это очень необычно. С другой стороны, обе женщины были примерно одного возраста. В общем, Эвелинда не имела ничего против их взаимного расположения, а сейчас оно могло принести некоторую пользу.
— Милдред, Бидди никогда не упоминала о своей сестре?
Горничная озадаченно переспросила:
— О сестре?
— О Дженни, — уточнила Эвелинда.
— Нет, я понятия не имела, что у нее есть сестра.
Заметив обиду на лице служанки, Эвелинда тихо сказала:
— Милдред, несколько лет назад Дженни покончила с собой. Несомненно, Бидди больно говорить о ней.
— О, — протянула Милдред, и обида уступила место состраданию. — Но каким образом приведение в порядок и обустройство солара связано с печальным прошлым?