— Я их сейчас еще кое-чем заляпаю. И тебя тоже. Каждый миллиметр
— Крис, развяжи меня!
— Поработай ротиком, малыха
Он мягко взял меня за волосы, и притянул мою голову к своему паху. Моя злость куда-то улетучилась, уступив место возбуждению.
ГЛАВА XIV ★ ВКУС РАЗОЧАРОВАНИЯ
На совещании обсуждали весенний турнир, вернее определяли состав комитета который будет этим заниматься и всевозможных комиссий. Царило радостное возбуждение.
Перетруженная рука болела, мелкая моторика явно пострадала - даже новой чернильной ручкой писать было не так просто. Повязку со второй я сняла, заклеив порез полоской лейкопластыря, который, правда, по второму разу держался плохо, приходилось придерживать пальцем.
Заметив, что Каин с интересом поглядывает на эти странности, я воспользовалась его вниманием, нарисовав в блокнотике козла в короне, и для пущей убедительности добавила стрелочку в его сторону.
Стражи оценили жест, и беззвучно веселились за нашими спинами. Последнее время я даже не вслушиваясь, и ничего особо не анализируя улавливаю общий фон и контекст.
"Мила, я понимаю твое негодование, но выражать эмоции здесь и таким образом неуместно"
Я нарисовала фак.
Он отобрал лист, смял и сунул карман
"За такое в иные времена могли и казнить"
— Зануда - сказала я одними губами
***
Турнир... О нем сегодня внезапно заговорили все. Не знаю, почему не говорили ранее, должно быть о его начале объявили, пока меня не было. Участвовать в турнире мог любой, отборочные туры уже шли в селах и деревнях, скоро победители должны были податься в большие города, оттуда в столицу, и, наконец, на финальные туры, в замок. Вербовщики и в первую очередь государство таким образом снимали сливки со всей страны, выискивая таланты. И если верх турнирной таблицы никого особо не интересовал - из года в год чемпионами были плюс минус одни и те же, с небольшими вариациями, то низы... Шла настоящая охота за таланстливыми новичками. Их вербовали для дальнейшего обучения, за ними приглядывали, их выискивали, ожидая, и строя прогнозы, где же они всплывут. Да, это такой термин - "всплыть" означало продержаться в турнире дольше, чем это следовало из вероятности. Если участник проходил дальше, чем это можно было спрогнозировать исходя из его навыков и прошлых побед, это означало одно из двух - либо он вдруг стал очень силен, либо невероятно удачлив. Вербовали и тех и тех, удачливые ценились даже больше. Только они проходили по другому ведомству. Нечто вроде спецслужб, объединявших как шпионскую, так и дипломатическую деятельность.
Я держалась неплохо весь день, только под вечер разнесло. Мы сидели в покоях Каина, где я отчитывалась ему обо всех сегодняшних наблюдениях, когда вошла Мария.
"Совсем замордовал девчонку" - подумала она про меня. Потом, пообещав не отнять много времени, начала выторговывать у Каина покои получше и условия пожирнее для своих земляков, как для родни, так и для конкурсантов. Ей шла эта роль - хозяюшки, хлопочущей о том, как ей разместить гостей. Они улыбались друг другу. Трогательно и нежно. Та самая робкая улыбка Каина, которую он подарил мне лишь однажды, и что так глубоко запала мне в сердце, перевернувшая во мне все... На Марию он смотрел непрерывно с этой улыбкой, пока она со смехом сообщала ему о том, что ее строгие, завистливые сестры, эти гремучие змеи должны получить в свое распоряжение такие покои, чтобы они начали скучать об этой роскоши, едва вернувшись в родной замок. А ведь они так "снюхались" прямо на моих глазах... Раньше ее просто трясло при взгляде на жениха... Я отметила что Мария похорошела, стала более расслабленной, что ли... Черт, черт, черт... И опять этот бесполезный вопрос - а почему не я? Чем я хуже? Губы, волосы, ноги, плечи, глаза, способности, мозги, чувство юмора... Я лучше абсолютно во всем, на каких весах нас не взвешивай...
И что самое страшное, я как-то убедила себя в том, что у Каина просто нет чувств, а тут, глядя, как он смотрит на нее, немножко смущенно и нежно, я осозновала - чувств не было для меня...
Мария, наконец, ушла.
Я пропустила ее мимо себя, закрыв глаза, и изображая нечеловеческую усталость. Ее взгляд я бы сейчас не выдержала, выдала бы себя чем-нибудь. Я боялась, что это может испортить мои с ней отношения. Не то чтобы я очень трепетно относилась к ней как к личности, но как функиция, как будущая королева она была очень важна.
Каин дождался, пока я "очнусь" и подарил мне извиняющуюся улыбку, словно был реально смущен тем что мне пришлось стать свидетелем его разговора с невестой.