— Больше убитых ты хотел сказать? Их там не будет... что же касается войны, она повсюду. И здесь она тоже идет. Кстати, можешь поубивать их всех, от этих лордов пользы меньше чем от солдат и служанок.
— А вот это уже решать не тебе
— Разумеется. Но и не тебе тоже... Они сами решат свою судьбу если выберут предать короля... Мы же лишь инструмент, действуем по заранее оговоренному протоколу.
— Роли – задумчиво произнес Крис – роли, роли, роли... Если не секрет, почему ты была со мной?
— Мне двадцать лет – пожала я плечами – я напичканная гормонами девица, которую бросает в жар от одного только присутствия мужчин... Я не могу без близости, но при этом нормы морали требуют если не воздерживаться, то хотя бы быть с кем-то одним. Ты просто случайно оказался в зоне досягаемости... Чтоб у тебя не было иллюзий, скажу честно, я люблю другого, Крис. Но это не отменяет того факта что ты хорош... И, да, я бы не раздумывая вышла за тебя и была бы верна в браке, если бы его величество позволил этому случиться...
— Я с одной стороны верю тебе, а с другой... мерещится в этом какой-то подвох...
— Все нормально, у тебя обычная паранойя
— Скажи честно, ты проверяла меня?
— Самую малость... По привычке, потому что это, собственно, моя работа – проверять все окружение короля...
— Каким образом?
— У меня свои методы...
— Проверять окружение значит... Я все гадал, зачем он тебя держит. Явно не за красивые глаза. Никак не становился на место этот кусочек головоломки под названием ты... Не потому ли сейчас, накануне войны он с такой легкостью сносит все, что строилось до него годами его отцом... Окружение оказалось с гнильцой?
— Ты даже не представляешь, насколько...
— Откуда ты взялась на самом деле?
— Не задавай мне больше этот вопрос и не задавайся им сам, иначе станешь неугоден его величеству
— Понял тебя, детка
«Его величество, значит, в курсе. И сам ей приказал хранить молчание. Занятно... И все же, откуда? Она так сильно отличается от нас, это даже бросается в глаза...»
Мы еще немного посидели. Сумерки серым дождем, мелкими крапинками вклинивались в пейзаж, лишая его красок и делая чуть темнее. Загорелись первые, незнакомые звезды. Залаяла собака, летучая мышь выписала пульсирующий зигзаг по желтому небу над нашими головами.
Я поежилась, пытаясь примоститься поудобнее на холодном камне. Крис, впервые за все время посмотрел на меня, а после сгреб в охапку и усадил к себе на колени.
— Нельзя — пыталсь было противиться я
— Я тебя не трону — пообещал он, накрывая меня плащом. Так я и уснула, у него на плече, под мерный грохот вселенной, мыслящих городов, шум ветра и стук копыт отдаляющейся от замка армии...
ГЛАВА XXVIII ★ ГНИ СВОЮ ЛИНИЮ
— Переоденься – сказал Каин вместо «доброе утро»
— Опять с моим гардеробом что-то не та...
«Прости, я кажется забыл тебя вчера предупредить. Ты отправляешься домой сегодня. Я обещал тебе два выходных, но послезавтра будет слишком много дел. Поэтому сегодня. И завтра. Но на ночь ты возвращаешься сюда. Случится может действительно что угодно...»
— А я-то рассчитывала хоть раз поспать в своей кровати!
— Твоя кровать находится этажом ниже
— Это не мой дом!
— Не капризничай
Я молча развернулась с порога. Зря только наряжалась! Впрочем наверное он вчера сильно устал, и действительно забыл, почему бы и нет. Сегодня в его мыслях была особенная горечь. Я вдруг поняла что она вообще есть всегда, я буквально узнаю его по этому оттенку, боли, раскаяния... Как миндальная горечь, которой был наполнен аромат садов на террасах, когда они еще цвели. Каин, раскаянье... Интересно, у его имени есть что-то общее с нашим библейским Каином?
Лиса драила какое-то пятнышко на стене, у самого пола. Уже сколько раз я обнаруживаю, что стоит мне выйти, она тут же начинает все натирать. Как будто я грязная... фу, что за мысли лезут в голову...
Я молча повернулсь к ней спиной, и она бросилась ко мне расстегивать застежки. Последнее время мы стали понимать друг друга без слов.
— Свали куда-нибудь – попросила я.
Достала свои кроксы из под кровати. Последний раз меня телепортировали сюда в пижаме. Да пофиг. В ней и пойду. Только под пижаму я надела лифчик и спрятала в нем несколько золотых монет. Туда Каин точно не полезет проверять. А если полезет... Что же, я готова за это заплатить... Посмотрим, сколько они стоят... Я посмотрела за окно и тяжело вздохнула. Жалко даже такие туманы оставлять. Вчера под вечер они рассеялись но за ночь сгустились знатно. Оттуда я не смогу их контролировать.
Мой взгляд упал на два черенка в стаканах. Изначально разные, они приобретали все большее и большее сходство. Похожий изгиб навстречу свету, похожий наклон... Между ними наверное сильная связь... стоп, связь!!! Я выхватила из воды тот что с верхушкой, завернула корешки в салфетку которую намочила тут же, в стакане и сунула на пояс. Так один из них будет здесь, а я, находясь там смогу контролировать туманы через этот кусочек мыслящей древесины. А если я оставлю второй там, то... я смогу мысленно всегда прикоснуться к маме... Хотя телепатия там не работает... Кто знает, может она там и не работает как раз потому, что там этого дерева нет. А может не работает потому что я никогда не пробовала. Аньку-то я в прошлый раз неплохо считала, находясь там. Анька... Что они решили, интересно? Я поправила пижаму перед зеркалом, и убедившись что нигде ничего не торчит, зашлепала к Каину гулким коридором. Мысли были так себе... Я вдруг поняла, что мне... страшно... Вдруг там опять придется что-то решать. А я не хочу. Я не хочу быть сильной, я хочу на ручки и плакать... Странная мысль о том, что здесь, в неведении, даже в некотором роде проще. Я устала бояться. И хотя здесь свои задачи, для меня это все еще «придуманный мир». Не мой. Не родной. Не такой болезненный. Ну почему все «мое» это так больно??? Где я себя ассоциировала с болью, что теперь боль для меня это жизнь?