— Каких еще людей?
— Если все так, как ты говоришь, его величество, должно быть, очень рассчитывает на тебя в этой войне. Ты не можешь все бросить вот так вот. Ты начала эту войну, тебе ее и заканчивать
— Ах, да, точно. Они же все сдохнут, если я не вмешаюсь. Если вмешаюсь, скорее всего, сдохнут тоже, но тогда я буду бесконечно винить себя за то, что могла что-то изменить и не изменила... Как меня уже истерзало это чувство вины...
— Не ной
— Ну да! Это же так работает! Спасибо что напомнил! Достаточно просто сделать вид что проблемы не существует, и она перестанет существовать!!!
— Как ни странно, нередко это так
— Так вот, я понятия не имею, как выиграть для его величества эту войну!!! Я вообще не знаю, что такое война! Но боюсь ее до чертиков. И за людей боюсь. Я же всю эту боль слышу!!! Всех, каждого!!! Ты просто знаешь о ней, а я ее чувствую!!!
— Я знаю...
— Что ты блин можешь знать!!!
— Я знаю как выиграть эту войну
— Да что ты! Поделись!!!
— Во первых, верь в своего короля. В отличии от тебя он знает, что такое война. И во вторых, подчиняйся приказам. Тогда он сможет положиться на тебя как на свое оружие. Тебе не надо знать решение самой. Достаточно просто доверять
— А ты типа дофига умный, да??? Я знаю все что знает он!!!
— Разве ты слышишь воспоминания? Воспоминания это книга, а мысль это фокус внимания, направленный в каждую конкретную секунду на одну единственную строку этой книги, или даже слово. Так что ты слышишь, Милана? Ты слышишь воспоминания или мысли?
— Ты прав... Ты всегда мне это говоришь. Ты всегда мне говоришь одно и то же «будь верна его величеству» и каждый раз это звучит из твоих уст как великая мудрость. Но ведь я и так верна ему!!!
— Но внутренне не согласна. Тебя терзают сомнения. Это они рвут тебя на части. Твои собственные сомнения, а не ситуация в которой ты оказалась.
— Я заметила что здесь вы все так любите вашего короля и верите в него... Там, откуда я прибыла, никогда не было хороших правителей. И люди привыкли полагаться только на себя.
— Во все времена люди роптали на власть. Даже если бы ты увидела хорошего правителя как доказательство, ты бы не поверила, потому что доказательств требуют сомнения а не вера. В истинной вере нет ничего кроме твоего намеренного решения верить, а для того чтобы что то решить не нужно соблюдение никаких внешних условий, а нужна только твоя внутренняя готовность. Поэтому, если ты еще не готова верить своему королю... Мне жаль... Потому что ни одно из обстоятельств из внешнего мира не может на тебя повлиять, и ничто не поможет тебе закончить страдания...
— Ты говоришь так, как будто бы вербуешь меня в какую-то секту...
— Мне жаль, если ты не понимаешь о чем я...
— Я как раз таки понимаю... Но я не готова. В моем представлении Каин, то есть его величество придурок конченный, безумец и психопат
— Если ты видишь его таким, значит это в тебе
— Слушай, отвали со своим психоанализом, а!
— Психо...чем?
— Неважно!!! Я думала что ты грубый, тупой огромный громила!!! А ты, сука, умный!!! У тебя походу не только член выдающийся, но и мозги!!!
— Пожалуй, более изощренного оскорбления я еще не встречал
— Я правда хочу сдохнуть
— Перехочешь
— Ты мне веришь? Ну в смысле ты больше не собираешься меня убить?
— Я еще и наблюдательный. Я видел как вы переговариваетесь. Думаю ты не врешь
— А если бы я предала короля, ты бы это сделал?
— Не сомневайся.
— Даже не смотря на то что у меня лучшие в мире сиськи?
— Даже не смотря на это
— Купился, дурачок! – я расхохоталась.
— Не куплюсь – он ткнулся носом в линию роста волос на виске, щекотно выдохнул в ухо
«А все таки жаль, что тебя отдали принцу!»
— Я не вещь!!! Я сама согласилась...
— Конечно же вещь... Более чем уверен, что выбора то у тебя особого не было...
— Нет, Кристиан. Ты ошибаешься – я вдруг поняла, что говорю нечто, очень важное, даже для самой себя – у меня всегда был выбор!
★★★
Утро. Молочный рассвет в высоких стрельчатых окнах. Остывшая зола в камине. Я вернулась в свои покои чтобы согреться, но похоже тут нет тепла, полагаться придется только на свое собственное. Ассоциация – «пепел»... Я пообнималась с сохранявшей еще тепло бадьей горячей воды в «санузле», глотнула ее же, зачерпнув в пригоршню, подержала в ней руки, чтоб отогреть окоченевшие пальцы и нырнула в свое сатиновое облако.
Жук колупался в своей клетке, из всех предоставленных ему деликатесов предпочитая точить твердую древесину с противным, скрежетом. Самыми противными тут были те равные промежутки, через которые этот звук повторялся.
Жук. Веточка большого дерева. Ассоциация «Мы в ответе за тех, кого приручили». Дерево – мама. Я попыталась связаться через дерево с маминой веточкой, а через нее — с ней самой. Слишком много в цепи передатчиков. Мне приснился сон что мама спала, мирно и безмятежно. Она ровно дышала, это был сон абсолютно здорового человека. А здорова она была потому, что я загадала правильное желание на звезду. Потому что нельзя загадывать за других, можно только за себя. "Но ведь это ей нужно – выздороветь?" — возмущаюсь почему-то я. Нет, оказывается это нужно мне и только мне. Ей же надо чтоб повзрослевшие дети слушались, ибо она слилась с ролью матери и не мыслит себя без нее, и она нашла такой вот оригинальный способ. Кормить эту роль собой... Я бегу куда-то и плачу, и спрашиваю, что тогда с Каином. И мне отвечают, что если заставить человека делать то, чего он не хочет, он найдет способ сделать это так, чтоб всем окружающим стало от этого только хуже... Кстати, а ведь это же про меня...