— Могу я посмотреть твои работы?
«Быстро же она меня вычислила. Каин явно не зря ее держит… Неужели ей действительно интересно?»
— Тебе действительно интересно?
Если рисует он так же плохо как сочиняет стихи, то, конечно, не очень… Я опустила глаза, не желая врать. Впрочем, вопрос был риторический. В следующую секунду принц, в состоянии полной экзальтации дернул меня за руку.
— Пойдем!
— Да стойте вы, я еще не закончила – возмутилась Лиса, уколов меня шпилькой.
Мы послушно подождали пару минут, а потом Рэй чуть ли ни бегом потащил меня за руку по коридорам, вверх по парадной лестнице, мимо покоев короля, в самый конец коридора. Тут, в конце крыла (я даже не знаю, как называется это архитектурное излишество) был переход в круглую башню, откуда во все ее панорамные окна бил яркий утренний свет. Комната была захламлена какими-то рейками, холстами и драпировками, натянутыми на ниточках в самых неожиданных местах.
— Смотри, это из последнего – он откинул полотно с небольшого по размерам холста. Пейзаж. Морской. Гризайль. Вернее почти. Море все же чуть зеленоватое. Солнечные зайчики на дне, искаженные массой воды, вытягиваются на удаление, как живые… Никаких айвазовских волн, скал над пропастью и надломленных сосен. Просто вода, кружевная пенка, немного песка и где-то далеко – горизонт. Единственная математически ровная линия в картине.
— Нравится?
— Нравится – я так засмотрелась, что забыла зачем пришла – это место реально существует?
— Да
— Как же мне хочется там побывать…
Я коснулась пальцем картины. Еще сыровата, мажется. Наверное, все-таки масло. Внизу, на планке мольберта валялся огрызок соусного карандаша. Я подняла его. Он пачкал пальцы.
— Ты пишешь этим?
— И этим тоже. Я чем только не пишу.
Я провела мелком по прикрепленной рядом палитре, чтобы понять, как он рисует.
— Не так. Дай покажу – Рэй одной рукой забрал у меня карандаш, другой выхватил откуда-то лист, и прижав его к мольберту, вывел пару жирных линий и тут же растушевал, зачем-то посмотрел на меня. Я улыбнулась.
— Не улыбайся. Стой так!
Глаза, темные пятна ресниц, волосы, скулы, драпировка шарфа, еле заметная линия губ… Довольно живой набросок был готов буквально через пару минут.
— Потрясающе!!! Но, к сожалению, мне кажется, пора бежать… - краем глаза я уловила свет за окном – вставало солнце.
— Беги к своему королю. А то он у нас о-очень строгий – рассмеялся Рэй – ну-ка иди сюда – он жадно поцеловал меня в губы. Я целовалась с ним, и думала, запачкается он в моей помаде, или нет. Кажется, я и правда не умею расслабляться…
— Мне было хорошо с тобой, крошка – ммм, кто-то уже набивается на следующее свидание? Ничего не знаю, завтра я буду отсыпаться. Мне бы вообще поспать сейчас суток трое… Чертова работа… - ты очень выносливая, с тобой можно ставить такие рекорды… Только чуть поработать над комплексами…
— Это у меня комплексы?
— Не пытайся мне понравится. Ты хороша и с комплексами тоже
Я щелкнула его по носу и убежала.
— Ты сегодня поздно – Каин примерял перед зеркалом темно красный кафтан. Надо же, сам, без помощи слуг. Способный мальчик. Мне кажется, или в комнате стало еще меньше вещей? Зато появился ящик, набитый тяжеленными книгами, на полу блин, на самом проходе. Я споткнулась о ящик, и взвизгнула, запрыгав на одной ноге. Он не обратил на меня внимания. И что, даже ни слова не скажет про то, как я сегодня шикарно выгляжу? Платье, между прочим, закрытое, как он любит. Каин, впрочем, ничего не заметил. Во мне мешались восторг и чувства превосходства, но почему-то мне обязательно нужно было чтобы он заметил, как я счастлива, словно я была счастлива ему на зло.
— Пошли – только когда он тронул меня за руку, я вдруг поняла, что опять отрубилась в своем полюбившемся кресле. Снова совет… Что ж они никак не определятся что делать? Народ медленно подтягивался в желтую залу. Пришел Рэй, сел с другого бока от короля. Он успел переодеться во все черное. Ему идет… Заметив, что я смотрю на него, он высунулся, нагнувшись вперед так низко, что едва не лег на стол и подарил мне испепеляющий взгляд.
— Не смей даже смотреть в ее сторону – тихо, но достаточно твердо сказал король.
— Это еще почему? – искренне удивился Рэй – бережешь малышку для себя?
Я почувствовала, что у меня горит лицо. Боже, куда тут можно спрятаться?
— Нет!
— Спасибо. Мне было важно, чтоб ты это сказал
— И тем не менее ты к ней не притронешься