Мы сошлись. Кто-то говорит словами, а мы с Крисом лучше понимаем друг друга на языке клинков. Это как невероятно чувственный танец. Маняще открыться, и дать себя пощекотать острием, зная, что мне не сделают больно, доверяя на тысячу процентов, изящно уйти, коварно кольнуть из-за плеча. Сколько в этом эмоций... Едва ли не больше, чем в сексе... Мы вытворяем черт-и-что, на виду у всех, с каменными сосредоточенными лицами. Но я чувствую, он смеется. Он счастлив. В конце-концов меня предсказуемо прижали к стенке небольшого, вечно закрытого хозяйственного строения, к которому он меня оттеснил во время поединка. Какое-то время смотрим друг другу в глаза, киваем и оба опускаем мечи.
— Вы стали сражаться заметно лучше.
— Значит, я кое-что впитала на этой трехдневной войне.
— Наслышан о ваших подвигах.
— Подвигах?
— Ведь это вы, работая в двойке с принцем, выследели герцога и выманили его на последний бой.
— Да, и я ненавижу себя за это!
— Муки совести присущи всем нам. Тут надо просто понимать, что иногда мы делаем выбор из плохого и очень плохого, и здесь нет вариантов остаться хорошим, пусть даже просто для себя. И наше бездействие, или отказ от выбора привело бы к еще большим потерям...
— Бессознательное словно продолжает говорить со мной устами разных людей... Вы даже завершаете фразы друг за другом...
— О чем вы?
— О том, что вы называете богом...
Я вернула меч телохранителю, он принял его так же, на обе ладони, с легким полупоклоном.
«Не знай я тебя, решил бы, что ты отлетевшая!»
Я усмехнулась.
«Мне страшно за тебя, любимая... Во что же ты влезла?»
Я вздохнула. Сама не знаю. Во что-то такое, во что никто еще не влезал. Во что-то, к чему по неким определенным причинам пригодна только я. И оно дает мне, дает безграничную власть над людьми и над окружающим миром, а я не хочу это брать. Потому что О — ответственность, и Ж — жестокость. Две первые буквы слова «жопа»...
— Была безумно рада повидать вас, лорд Харрингтон, — кивнула я, давая понять, что встречу пора заканчивать.
— Леди Мелания — он прильнул губами к моей руке, бережно сжав ее в своей огромной ладони.
«Прощай малышка! Мне остается только думать о тебе...»
— Прощай, — одними губами сказала я.
★★★
«Милана, ты на меня злишься?» — обворожительный взгляд вновь казавшихся безумными серых глаз. Если Каин проигнорировал мое запоздавшее появление за столом, у Рэя оно вызвало пытливый интерес, разглядывая меня он словно пытался понять, где я была и что делала.
Я слегка покачала головой.
«Злишься. Знаю. Я не хотел... Все никак не укладывается в мозгах, что ты, такая развратная, и в то же время еще более чопорная, чем мой брат...»
Развратная??? Я? Почему правила этикета не позволяют уколоть его вилкой???
Я метнула в него испепеляющий взгляд. Ну вот... Теперь Каин обратил на нас внимание...
«Я вижу, между вами все еще сохраняется заряд?» — поинтересовался он.
Я покачала головой.
«Ты сейчас кому отвечаешь?»
Тебе блин, — мысленно оттранслировала я, хотя он и не мог меня слышать, посмотрела ему прямо в глаза.
Каин выдержал мой взгляд, не переставая орудовать вилкой и ножом в тарелке. Мне захотелось взять кусочек яблока из разделявшей нас фруктово-цветочной композиции, и бросить ему в лицо. Хорошо, что он не читает мысли. Стоп, я настолько боюсь своей агрессии, что мне даже страшно признаться остальным что она у меня есть? Не надоело еще?
«Как там чувствует себя мое колечко?»
Этим вопросом он словно разблокировал волну ощущений, которые копились, копились... Как я вся сжималась, боясь его выронить там, на скале, и во время боя... И сейчас все еще чувствую его... Меня промурашило, и, почувствовав что краснею, я уперлась взглядом в тарелку... Орудуя вилкой и ножом я выложила на тарелке из бобов слово «сука». Жаль, здесь никто не понимает кириллицу... Каин, однако усмехнулся. Я почувствовала, как у меня что-то происходит с мозгами, по ощущениям словно стягивает кожу на макушке... Словно напоминание о том, как сегодня утром он схватил меня за волосы и бросил лицом на кровать...
Бррр! Что ж так колбасит-то...
Он, похоже изучает какие-то свои методы воздействия на меня.
Я вынурнула, словно из мутной воды, из белого шума... Держаться за реальный мир... Тарелка. Золотые пионы тонкой вязью по волнистому тонкому краю. Холодная вилка в руке. Интересно, сколько стоит этот сервиз? а сколько стоят здесь эти тюльпаны в вазе? Так, не будем думать что еще стоит... интерес у Рэя, который, оказывается все это время за мной наблюдал. Я взглянула в его серые, дурные глаза с поволокой. От вчерашней ясности не осталось и следа. Что с тобой происходит, Рэй? Я думала «избавилась» от него, подсунув ему Корделию. Что, блин, со всеми нами происходит? Каин с его мозгами набекрень, я которая боюсь всего, иногда даже дышать и Рэй, который вообще ничего не боится... Вот чего он сейчас-то на меня уставился? Оловянная муть в глазах была мне ответом. Какой он разный... Изменчив как море в разную погоду. С таким, наверное, не соскучишься. Но и из чужих постелей вытаскивать его устанешь... А ведь принц младше меня. Если Каин мой ровесник, а Рэй его младший брат... Сколько ему? Он вроде говорил восемнадцать...