— Так вот в чем состояло проклятье Лилиан?
— За секунду до смерти я научилась одной интересной вещи. Воздействовать на людей напрямую. Не через общественное бессознательное, или бога, что знаками, снами и полунамеками управляет лишь теми, кто хочет чтобы им управляли высшие силы, а напрямую, меняя вещество головного мозга на малекулярном уровне, управлять материей силой мысли... Ну вот я и рассказала тебе очень страшную вещь... А теперь ты расскажи мне тайну семьи Семирамитов, чтобы я понимала, как Каин смог подавить это, жить с постоянным источником боли, как с оторванной рукой, и не сойти с ума на протяжении стольких лет? Я не приследую целей отомстить, если я справлюсь с этой болью, то и мотива для мести не останется, я не попытаюсь навредить вам, я просто тоже хочу жить!!!
На последней фразе я эпично разревелась. Это послужило для Рэя поводом прижать меня к себе еще сильнее. Рука его как бы невзначай сдавила мне грудь. Я не сопротивлялась — тонус мышц был примерно такой, как у мяса вареной рыбы.
— Это очень сильное заявление, — он на секунду прервался чтобы поцеловать меня в висок, — что ж, тогда слушай, девочка моя... Вряд ли секрет нашей череды перерождений находится в нас самих. Специальным образом воспитывают детей Семирамитов, с малых лет рассказывая им о подвигах предков, чтобы мальчики узнали в этих рассказах себя. Намеками и напоминаниями тут полно все, — все наши игры, и обучения, стены замков, предметы в них, — картины, статуи, даже планировка... Так что это по большей части даже неосознанная история...
— Каким образом вы занимаете трон?
— Как правила семья сама его уступает, зная что мы справимся с этой работой лучше, чем любой из них. Ведь это действительно наша работа... А если и нет, опыта тысячелетий в политике, интригах и манипуляциях обычно хватает чтобы взять его силой за несколько лет.
— И никто не воспринимает вас как соперников?
— Ну разумеется! Нас истребляли еще детьми, пока мы не научились скрывать это пока не достигнем возраста, когда мы уже способны постоять за себя...
— Это звучит ужасно если честно...
— Но в этот раз, после периода четырехсотлетней тьмы, развалив империю, и рискуя потерять то, что от нее осталось, семья молила о нашем приходе, и пришли сразу двое, чему я безумно раз, так как наконец-то могу позволить себе отдохнуть от правления, — он снова сжал мою грудь, намекая на плотские наслаждения, — более того, мой венценосный брат, кажется находит нам невесту на века...
— Что значит нам??? Что значит на века???
Рэй усмехнулся. Я испытала очень сильное желание дать ему пощечину.
— Я тебе уже говорила, Рэй. Я люблю Каина. И я не люблю тебя.
— Это пока он есть. Куда же ты денешься, если останешься со мной на целую жизнь?
От такой перспективы захотелось завыть от тоски.
— Мне бы как-то разобраться с этой, — медленно произнесла я, не желая давать категорических отказов.
— Куда же ты денешься. Просто вопрос времени. От этого разносит на первых порах, я знаю. А еще я знаю, ты точно справишься, если ты такая же как мы...
— На самом деле я хочу сдохнуть… То есть я не хочу хотеть сдохнуть, я хочу жить, но я все равно…
— Ну значит в справишься в следующей, — беспечно заметил он, — а теперь расскажи мне тайну Лилиан. Откуда она взялась, такая красивая?
— Я плохо помню, это скорее его воспоминания, а не мои. Каин считал меня эльфийкой, одной из последних, и почему-то был убежден что я какого то королевского рода. Не знаю, точно, мое первое воспоминание — это ярко красные ягоды на зеленом мху... И его пальцы вперемешку с моими пытающиеся их собрать... Он не сумел меня заманить во дворец обещаниями жизни в райском саду среди павлинов и поющих фантанов, и никак не мог понять, почему я вышла замуж за простого крестьянина... И это я тоже смутно помню, вроде как он нашел меня, умирающую от какой-то болезни и выхаживал, рискуя собственной жизнью, ибо не был защищен от того, чтоб заболеть самому... Впрочем все это неважно... Я не чувствую ее частью себя, лишь одно только воспоминание, о смерти дочери, боль такой силы, что она разрушает мозг как в вязком кошмаре... Боль синтезированная мною на основе этого воспоминания с единственной целью пытать моего палача... Я черпанула ее полной чашей когда вскрыла его защиты и полезла в его мысли...
— Зачем ты это сделала?
— Я хотела вернуть его к полноценной жизни, — я заплакала, — я любила его. У меня простые представления о семье и браке, один раз и навсегда, с одним человеком... Не такие извращенные как у него... Это ломает меня. Я хотела обладать им...