— И что ты сделаешь, если я вдруг решу, что это ты во всем виноват и попытаюсь тебя убить?
— Я популярно объясню тебе, кто на самом деле виноват во всех твоих бедах.
— Я серьезно, Рэй.
— Что ты хочешь услышать? Одобряю ли я действия моего брата в твою сторону? Но ведь ты даже не знаешь, нахожусь ли я тут по своей воле, или это он прислал меня чтобы я говорил с тобой.
— Разумеется ты здесь по своей воле! Я твою волю, скажем так, ягодицами чувствую.
— О, да, поерзай еще! — расхохотался Рэй.
— Рэй, а ты близок с Фрэйр?
— Я нежно и трепетно обажаю эту сумасбродную девчонку!
— А ты знаешь где она была... несколько лет?
— Пару лет ее действительно где-то носило. Но нет, она не рассказывала. Каждый имеет право хранить свои тайны. А почему ты спрашиваешь это у меня, когда можешь узнать это напрямую, даже не задавая вопросов?
— Я-то знаю. Я хотела знать, знаешь ли ты.
— Это имеет какое то отношение к тому что происходит сейчас?
— Возможно да, а возможно и нет. Каждый, как ты заметил, имеет право хранить свои тайны... А иногда и обязанности... Налей мне, пожалуйста еще...
Рэй с готовностью наполнил мой кубок свободной рукой.
ГЛАВА XXXXIV ★ СЖЕЧЬ МОСТЫ
Мы все-таки нажрались... Я смутно помнила, что мы наперебой пересказывали впечатлительным девочкам события трехдневной войны, перевирая их каждый на свой манер, я даже исхитрилась, закрывшись в санузле показать Ане видео убийства герцога на телефоне, после чего она долго блевала, а потом ушла искать Каина, потому что ей срочно понадобилось домой. Все это замечательно, но почему я сплю с Лисой? Ах, да, официальным поводом для пьянки стало прощание ее с девичеством. Надеюсь девственность еще при ней... Судя по тому, что лапа принца лежала у меня на талии, а не у нее... Рэй что-то сонно замычал, стоило мне пошевелиться...
Звездец... Действие таблетки скоро закончится, и кто даст мне новую — подумала ли я об этом... Или я специально сплавила Аньку, желая все это прожить, и не будучи уверенной в своей воле, в том что я смогу, не буду ползать перед ней на коленях, умоляя о помощи... Что я наделала, блин... Ночь темна и тьма наступила в душе. Час перед рассветом, когда, говорят, совершается больше всего сиуцидов... Дверь на балкон была предусмотрительно заперта... Плевать, при желании можно и окно разбить... Только нет смысла – это всего лишь второй этаж... Да и зачем? Зайти на новый круг, дергаться, что-то строить, чтобы однажды снова осознать, что я и кто я... Это, наверное даже хуже чем смерть. Со смертью смиряешься из за ее неизбежности. С болью мириться никто не учил...
Заперта, едва ли не заколочена изнутри и потайная дверца в покои Каина, и, разумеется, входная... Я попила воды и снова забралась на кровать между спящими. Аньки нет... Мне никто не поможет... Мне никто не поможет...
— Рэй!
— Ммм?
— Мне плохо... прикажи чтоб позвали шамана!!!
— Кого?
— Не знаю, Шерла, или кого-нибудь. Мне все равно!!!
— Лиса!
Тоже мне помощь... Горничную я и сама могла разбудить... Просто была надежда, что указания принца будут выполнять... расторопнее, что ли...
— Да, мой принц... — девушка приподнялась на локтях и видимо тоже спросонья не могла сообразить, где находится...
— Иди, поспи где-нибудь в другом месте.
— Конечно, мой принц...
Она вскочила, подбежала к двери, и, видимо обменялась с охраной за дверью какими-то знаками — ее выпустили.
— Я попросила привести шамана!!!
— Нет, Милана, — голос его был тверд, хоть и полон сочувствия, — шаманы, зелья, все это лишь отсрочит неизбежное. Рассказать тебе что будет дальше, если ты продолжишь бегать от себя?
— Не надо.
— А я скажу. Лекарства будут помогать все хуже. Целители тоже. Рано или поздно это станет твоим наркотиком.
— Я знаю, Рэй. Мне плевать.
Я подползла к краю, где, как мне показалось, Анька спрятала блистер за матрас, и тщательно обследовала все щели и складки. Инкстинкт кричал, требовал отступить, заткнуть этот фонтан отчаяния, убежать назад, в оглушающую пустоту таблеток.
— Не ищи, их там нет.
— Отдай.
— И у меня тоже нет.
— Мне надо как-то дожить до утра. Утром Каин придет проверить, не сдохла ли я, или пришлет Аньку... Мне надо как-то дожить до утра...
— Кричи.
— Что?
— Прокричи эту боль. Я не твоя беременная подруга, я выдержу. Можешь меня не жалеть. Можешь даже ударить.
— Я уже давно не кричу, Рэй. Я уже даже не плачу. Слезы кончились... Там, в темнице...
— Тогда говори, — Рэй сгреб меня в охапку.
— Что?
— Все, что с тобой происходит.
— Тьма. Тьма наваливается сверху. Я не понимаю, как вытащить себя из этого. Просто не хочу жить и все.