— Ты смеешь ставить мне ультиматумы?
— Что ты, лишь предлагаю.
— Ты должна поклясться мне самыми страшными вещами, всем самым ценным что у тебя есть, жизнью своей матери и жизнью своего нерожденного племянника что ты не причинишь мне вреда. Эта клятва будет иметь силу контракта. Рэй и я сделаем то же самое. Поклянемся, что пока ты без сознания ни один из нас не причинит тебе вреда. Жизнями друг друга, если тебя это устраивает.
— Меня устраивает. Я точно знаю про себя что не собираюсь причинять тебе вред, а значит мои родные в безопасности. Но у меня одно условие. Ты снимешь защиты. Вы оба снимете защиты пока будете произносить клятвы.
— Пытаешься все контролировать, крошка? Ты отлично знаешь что это ассиметричное требования — мы с Рэем не можем требовать того же от тебя.
— Почему же. Ты отлично считываешь меня по чувствам.
— Что ж. Ты все равно вывернешь меня наизнанку и выпотрошишь во время твоего исследования, как уже сделала однажды. Днем раньше, днем позже, — не имеет особого значения. Я не против. С Рэем договаривайся сама, — он позвонил в колокольчик, — пригласите сюда принца Рэя, — сказал он появившемуся в дверях слуге.
— Ты хочешь начать немедленно?
— Ты хочешь отложить и набраться сил?
— Сил больше чем после выходного с семьей у меня уже не будет. Но, Каин... Я позволю тебе провести настройку, но не отдамся Рэю пока ты не выполнишь свою часть клятвы.
— Опять торгуешься?
— Это честно. Мой процесс — навсегда. Твое исцеление — разовое. Ты можешь откладывать сколько угодно, и это формально не будет считаться нарушением и потому я не позволю этому случиться.
— Тебе страшно, — констатировал Каин, — мне тоже.
— Серьезно? Тебе бывает страшно?
— Особенно перед лицом таких чудовищ как ты.
— Или Лилиан?
— Лилиан? ммм, слишком предсказуема в своей ненависти.
— Как Милана слишком предсказуема в своей любви?
— Я знал что это однажды случится... Ты вспомнишь...
— И? Почему ты ничего не сделал?
— Я сделал все что мог. Честно рассказал тебе обо всем в самом начале.
— Не обо всем.
— Это нюансы.
Убийство ребенка для него — это «нюансы»... какая бесчеловечная машина...
— Не для меня.
Доказывать ничего не хотелось — он и так все про себя знал...
Каин застыл в расслабленной, скучающей позе, продолжая изучать меня через амбразуры прикрытых глаз. Я понимала, что не смогу скрыть от него свою тревогу. Он изучал меня... Я позволяла это делать. Мы просто ждали, пока прислуга ищет Рэя (и где же носит этого засранца). Каин, со всей мыслимой элегантностью налил себе чашку чая — чтоб ждать с комфортом. И мизинчик оттопыривает... совсем как наши аристократы... впрочем, и безымянный тоже. По сути, согнуты только те пальцы, которые реально держат чашку. Отличная демонстрация того что мозг управляет каждым пальцем по отдельности, а не кистью в целом. Интересно, почему так? Что общего у аристократов обоих миров? Я вспомнила упражнения с «лепестком», когда тяжесть клинка, в конце тренировки, буквально вырывала мне сухожилия. Слабые места — запястье и те самые, крайние пальцы, на которые приходится основной рычаг рукояти.
— О чем задумалась?
Это не праздное любопытство. Он видит мое изменившееся эмоциональное состояние и пытается понять с чем это связано. Я призналась ему что знаю что он всегда читает мои эмоции и он перестал скрываться. Он изучает меня. Всегда. Но теперь в открытую.
Я вздохнула. Соврать чтоб запутать? тут же понимаю что он почувствовал страх. Теперь уже врать бесполезно. И признаваться тоже — все равно будет расценено как ложь. Я смеюсь.
Именно в это мгновение в комнату входит Рэй, — чтобы наблюдать душевную картинку чаепития двух улыбающихся людей...
— Привет, Рэй.
Принц тут же, напрямую направляется ко мне, словно я нуждаюсь в его защите. Я инстинктивно двигаюсь, хотя кресло не настолько широко, чтоб вместить нас обоих с комфортом, но он падает рядом, и тут же, приподняв меня, усаживает к себе на колени. Все это — танец высшей согласованности движений, словно мы отрепетировали это тысячу раз. Я вся, целиком оказываюсь в его объятиях, он целует меня в макушку, и наконец произносит:
— Привет, малыш!
Каин смотрит мимо меня, видимо обмениваясь с Рэем долгим взглядом. Плевать...
Я поудобнее устраиваюсь на коленях у Рэя, откидываю голову, закрываю глаза... Мой милый мальчик... Жаль и тебя придется потерять... Все мои клятвы — фикция, все мои уступки нужны лишь для того чтобы Каин подумал, что я сдалась, все мои отчаянные попытки выторговать для себя условия получше нужны лишь для того, чтобы он не подумал, что я сдалась как-то подозрительно легко, все брошенные фразы о том что Альмира мой дом, что мне нужен Рэй, что я не представляю мира без Каина — лишь попытка его расслабить. Эта ложь, в которую я заставила поверить саму себя на уровне чувств чтоб Каин ее не считал. Я давно приняла то самое страшное, что он может для меня сделать — никогда не вернуть домой. Я уже попрощалась с семьей... Больше им ничего не грозит — ведь я не принесу вреда Каину, находясь далеко... А вот с тобой, Рэй, не успела. Мой милый мальчик... Очаровательный и развратный, и по своему преданный... Не мне... Себе... Но он постоянен в своих привязанностях. Его игра со мной — это игра с ненулевой суммой, это всегда win-win, а не так как у Каина... Свобода... Мне нужна большая свобода, чтобы найти, наконец, Тревонира, который здесь, в соседних покоях и все же так недоступен. Даже думать об этом нельзя, все потом... А пока... Рэй... я вжимаюсь в него, словно впитывая кожей некий поверхностный заряд, что он хранит на себе...