— Я готова.
— Пойдем.
Я закрываю глаза, — во мне уже не осталось ни когда-то присутствовавшего любопытства ни жажды вскрыть тайны портала... Я просто не хочу видеть тошнотворную ирризацию переходов... Каин сегодня «ушел» из зеленых оттенков — кислотно салатового как визг турбин самолета и более спокойного мятного... Его аура сегодня почти белоснежная, с едва заметным холодным подтоном голубизны, как тот самый снег, ощущение которого он все время носит в себе. Я даже не спросила, зачем он меня тащит в Москву... Сейчас, открою глаза и спрошу...
Мы в какой-то квартире... Незнакомой, и не очень благоустроенной... просто белые стены, какой-то типа ламинат на полу, и огромным экраном вместо одной из стен... Экраном, который транслирует закат и какой-то проспект с двумя потоками огня — белым и красным... вена и артерия города... Желтые фонари над ним — мы высоко, мы гораздо выше фонарей... И, да, это не экран. Это окно...
— Нравится? — спрашивает Каин, — я нашел с панорамными окнами, как ты хотела.
— Это...
— Я давно обещал тебе квартиру. Документы готовы к сделке. Завтра можем все подписать.
— Каин...
У меня не укладывается это в мозгах. Я ничего не могу говорить. Боюсь говорить. Вдруг это очередная шутка, издевка манипуляция, вдруг он попросит сейчас от меня чего то невозможного и невыносимого...
Боже... он раскрыл мою связь с Вернером и понял что «мой мир» бывшей ранее досадной помехой теперь стал единственной ниточкой которой меня еще можно качественно и долгосрочно привязать... ни к нему... к порталу, которым владет он. И он бросился укреплять мои связи с этим миром. Время с подругой, квартира... Она предложила взять меня в постоянную работу все таки по его воле? Или нет? Я не верю ей... Нет, не так. Я не верю тому что я в ней прочитала... Я не верю себе... Так, приступ паранойи, отлично! Дыши...
Каин ловит меня, нарезающую круги по комнате, и надевает мне на палец кольцо... с ключами... на безымянный палец...
Этот жест...
— Каин???
Он стоит и молча держит меня за руки, за его спиной полыхает закат, отблески электрического пламени играют на лице... Он ждет...
Я начинаю истерически смеяться.
— Боже, ты серьезно??? Ты думаешь я сейчас брошусь в твои объятия???
— Я все еще люблю тебя, Милана. И да, мне хотелось бы хоть немного тепла... Ты знаешь, что много мне не надо...
— Я принадлежу Рэю!!! — ору я на него, — ты сам так захотел!!!
— Ты все еще моя жена, — в этих словах не требование, а разрешение, упрощение морального выбора, что ли...
— Да хрен тебе!!!
— А я все еще твой король.
— И что??? Думаешь если ты король, — в праве обладать любой женщиной?
— Вообще то да, — соглашается Каин.
— С чего бы это?
— Это принцип династии Семирамитов... Любой династии. Насадить как можно больше своих генов среди народа.
— Вы долбанутые!!! Вы все долбанутые!!! Как же я жалею что однажды попалась в твои лапы...
Я кричу это, но правда в том, что меня уже разбирает по кусочкам, по косточкам дикое желание обладать им. Я кричу, потому что раньше он всегда реагировал на мои истерики одним и тем же способом... ПРИКОСНОВЕНИЕМ. Но это старый паттерн, и я вдруг понимаю, что он не работает... Каин не насилует и не доминирует, и самое страшное в этом что он не дает мне возможности сдаться... меня просто оставляют перед выбором, он просто стоит и смотрит... и этот выбор в том, придать ли мне Рэя... Рэй говорил, буквально двадцать минут назад, что они уже однажды владели вдвоем одной женщиной... значит он не против? или против? Он же сказал что он будет мне верен «за исключением долгих походов» а значит ждет того же и от меня? Какого черта я вечно ищу оправданий? их нет!!! Это и аморально и точка... Но... Не каждый же день мне дарят квартиры...
К черту, к черту, к черту...
Я вытягиваюсь на носочках чтоб жадно прильнуть к его губам, и в эту секунду меня начинает плавить... Он больше не бесчувственное неподвижное совершенство — у него поднимается температура тела, мышцы реагируют микродвижениями, трепетом, дрожью, у него меняется запах, поле, дыхание, пульс... кожа дышит жаром из выреза рубашки. Он обнимает меня, одной рукой за талию, другой за плечи, наверное чтобы я не упала... он отвечает мне... Соленый вкус поцелуя... Я вдруг понимаю, что плачу, наверное давно... Слезы, которые я звала как облегчение когда боль от потери Энни выжигала глаза, когда думала, прыгать ли мне со скалы, наконец то пришли... сейчас... я снова... чувствую??? чудовищная слабость в ногах... он отпускает меня, и я иду полукругом, против воли сворачивая куда-то влево, упираюсь в стену, возникшую на пути, делаю по ней два или три удара кулаком, пока рука не падает вниз плетью...