— Это твоя модель мира. Твой язык на котором ты мыслишь. Ты пользуешься людьми и позволяешь пользоваться собой. К взаимному удовольствию вступаешь в этот обмен. Твое то самое я, которое я ранее не могла разгадать. Тот порядок, с помощью которого ты систематизируешь воспоминания и создаешь мысли. Точка.
— Мммм, гениально, Милана! Только я бы дополнил твою пламенную речь одним маленьким но емким дополнением. Буквально в одно слово, но которое поменяет всю выстроенную тобой картину.
— Удиви меня.
— Сейчас, — я вопросительно посмотрела на него, — это слово, — сейчас. Я сейчас такой. Я нахожусь в этой ловушке сейчас. Это временно.
— О, боги способны попадать в ловушки?
— Я обычный человек, из плоти и крови. Если я себя разрежу вот тут, — он провел пальцем по ладони, — кровь выступит красная, как у тебя. Моя сила не во всесилии. Она не в том что я избегаю ловушек. Она в том что как бы меня не размазало, я поднимаюсь. И я способен на смену парадигмы. Если пойму, что старый сценарий себя исчерпал и мне здесь уже нечего взять...
— Я запуталась, — призналась я. Объясни мне свою систему координат. Что тебе дорого?
— Дорого? — он опять расхохотался, — в этом мире дешево все.
— Хорошо. Что дешевле? Я или Каин?
— Ты никогда не заставишь меня мыслить такими категориями. Я отказываюсь взвешивать вас на весах, каких бы то ни было. Вы разные люди. И у меня к вам разное отношение.
— Чьи интересы ты будешь соблюдать?
— Ни одного из вас. Только свои.
— Это наконец-то честно.
— Честность... Ты снова мыслишь категориями смертных.
— Я молодое зомби. Меня буквально вчера обратили в ваши ряды.
— Красота — вот единственный смысл происходящего. Честно, нечестно, правильно, неправильно, справедливо, несправедливо... Все это настолько субъективно... Лишь язык прекрасного универсален.
— Вот он твой ориентир?
— Что ж, если тебе это так важно, мыслить категориями ориентиров, можешь считать что да.
— И чем я красива? Для тебя? В чем моя ценность?
— Мне нравятся эти долгие ночные разговоры с тобой. Мне нравится когда мы, наконец приходим к хрупкому взаимопониманию и я вижу как загораются твои глаза. Мне нравится наблюдать за тобой, как внутри тебя зарождается сила.
— Ты сейчас врешь.
— Нет, это ты сейчас отказываешься мне верить
— По твоему весь тот ад что я сейчас прохожу, это просто делает меня красивой? Моя ценность для тебя в этом? Милана без ада тебе не нужна?
— Ты неправильно поняла меня, крошка!
— Ну разумеется! Я все отлично поняла! Ты говорил о своем отражении в моих глазах, о твоем влиянии на мою жизнь, о том следе, который ты оставишь. Ты любуешься им не задумываясь, что для меня это — шрам! О, малышка Дженни когда-то покончила с собой! Какая красивая история. Ведь она сделала это из за тебя!!! Какой ты значимый и важный в ее жизни!!!
— Она не покончила с собой!
— Неважно! Твоя любовь к людям это любовь творца к своим созданиям, восхищение режиссера артистами, любовь художника к своему произведению... Я для тебя лишь краска, которой ты раскрасишь свое существование, источник ярких эмоций. Мне нужна любовь человека а не бога, Рэй!
— Ты обвиняешь меня в отсутствии любви к тебе в том ее понимании которое нужно тебе, но при этом ты сама даже меня не любишь. Я просто твой спасательный круг... Тебе нужна любовь... Поверь, я тоже когда-то искал ее. Ее не существует как абсолюта. После конечного количества часов пыток, тебя предадут все. Ты либо принимаешь людей с их дерьмом и кишками либо нет — и это — настоящая цена любви. Но знаешь, что я скажу тебе, крошка? Любовь отсутствует в тебе самой. Твоя идеализация этого чувства — это лишь попытка бегства от него. Ты же сама никого не любишь.
— Я...
— Ну расскажи мне, расскажи как ты любишь Каина, маму, папу, кого там еще?
— Я всех ненавижу, — озлобленно сказала я.
— Шикарно. Впрочем, зачем нам другие? Скажи мне, ты хотя бы себя то любишь?
— Нет...
— Ну а чего ты от других то хочешь???
— Браво, Рэй! — я не поленилась, и высвободив обе руки подняла их в воздух и заопладировала. Класс! Полный нокаут! Ты размазал меня в крошево!
— Ммм? И что? Награда полагается?
— Ты только что продемонстрировал способность понимать другого лучше чем он сам. В этом твой дар и твоя опасность.
— Браво! Мне нравится, продолжай! Ты боишься меня?
— Нет. Тебя нет. Как ты уже заметил ранее я чувствую себя в безопасности в постели с тобой. Но... ты всего лишь меньшее из зол...
— И эта женщина, — он притянул мою голову к себе,и, смеясь, поцеловал — удивляется тому, почему все хотят ее морально уничтожить.
— Я ужасна.
— Да. Давай спать.