— У меня никогда не было проблем с сердцем!!! Никогда!!! Почему-то с твоим появлением... Стоило тебе осознать что болезнь матери меня больше не держит, ты...
— Я ничего не делал! Слово короля. Тебе нельзя нервничать. Сейчас, сейчас..
— Все хорошо Каин. Все хорошо...
Он не слышал меня, говорил по телефону, нарезая круги по комнате. «Женщина... Двадцать лет... На что жалуется?»
— Мила, на что ты жалуешься?
— Не знаю, боль в груди и горячо...
Каин повторил это в трубку...
★★★
По приезду скорой Каин настоял на диспансеризации. Все было непривычно, большая машина, напичканная высокими технологиями и проводами, какой-то неестественный, синий, что ли свет внутри. Врач, не проявлявший особого участия, и Каин, всю дорогу сидевший рядом и державший меня за руку... Мне выделили отдельную полату. Обследовали всеми возможными способами, что уже пахло большими денгами... Врачи сказали что моя жизнь в безопасности — невралгия, нервное и физическое истощение, переволновалась, выпила слишком крепкий кофе...
Кормили хорошо, хоть и по диете. Кто-то заказывал доставку продуктов из ресторана, которые приносила медсестра. Для меня, которая еще недавно, сидя за столом с Каином считала в мыслях, на сколько дней хватит того, что мы не успеем съесть за раз, это было роскошью. Наутро медсестра принесла цветы. Эустомы. Я видела их впервые в жизни так близко, раньше только на картинках.
Днем пришел Каин. Долго поправлял букет в вазе, доводя его до совершенства, стоя спиной ко мне, и словно никак не решался заговорить.
— У мамы так же все начиналось, — обреченно сказала я, — только не в двадцать лет...
— С тобой все будет хорошо. Просто легкий испуг. Переволновалась и наверное не ела ничего...
— Ты нервничаешь. Значит не все хорошо.
— Я нервничаю, — его пальцы буквально укладывали лепестки в плотном букете в нужном, одному ему видимом порядке, — потому что вижу тебя...
— Ну-ну!!! Все хорошо!!! Ты же мне сам это только что сказал!
★★★
На следующий день на подокониике появился еще один букет, посвежее. А потом еще и еще... Каин приходил, молчал, поправлял подушки, методично инспектировал медперсонал.
— Я хочу попрощаться с Рэем, — попросила я на пятый день.
— Ты НЕ умираешь.
— Я знаю. Но я покинула ваш мир навсегда... и мы... нехорошо расстались... — Каин до боли сжал мою руку, — ревнуешь?
— Да.
— Я не могу пригласить его сюда. Если Рэй узнает о существовании других миров, он потеряется в них навсегда... Я не могу потерять еще и его... Так что... Только тебя туда... Решай. Готова ли ты на такой шаг.
— А ты обещаешь что вернешь меня?
— Слово короля...
— А ты будешь приходить ко мне... Потом...
— Буду...
— Зачем?
— Чтобы знать что ты жива
— Но ты же и так знаешь...
— Чтобы ты знала, что я прихожу...
— Пойдем. Я готова, — я попыталась встать с постели. Не то чтоб это было тяжело, просто уже привыкла к навязанному мне «постельном режиму».
— Не надо. Я возьму тебя на руки.
Он наклоняется ко мне, подводя под меня руки, под плечи и бедра, отделяет меня от идеально нераздражающего, желтого в цветочек больничного постельного белья. Я чувствую его запах. Озона и стратосферы... чего-то космического, как тогда, на лестничной клетке... И сразу, почти без перехода начинаются «радужные мосты» — немногочисленные темные линии и пятна в бежевой полате двоятся, троятся, десятерятся, распадаясь на спектр — фиолетовые, синие, зеленые... И желто-оранжево алые, с уходом в коричневый, в ржавчину — с противоположной стороны. Цвета костра... Цвета костра и ночного неба какой-то момент еще остаются соединенными во тьме, а потом все плывет... рассыпается и плывет, цвет превращается в звуки — тоненькие, чистые. Перезвон...
В какой то момент мозг начинает отказываться это воспринимать и я закрываю глаза...
Каин кладет меня на кушетку. Здесь все полно тяжелых благородных запахов. Старое дерево, мех, аромамасла... Поправляя бархатную подушку он целует меня в щеку
— Каин!
— Прости, малыш, не удержался. Сейчас его позовут, — он зовет слугу, озвучивает свои распоряжения, — «передайте принцу что леди Мелания ждет его в моих покоях. Она хочет попрощаться с ним».
Потом он поправляет кольцо с желтым бриллиантом на моем пальце... Я его ношу не как память а просто... потому что это единственное что у меня осталось. И если я вдруг попаду в какую-то переделку, оно должно быть при мне как гарантия моей безопасности — ведь его, должно быть, можно продать и получить кучу денег... Проблема в том что кольцо мне велико и я все время боюсь его потерять. Камень «скатывается набок» и никогда не держится прямо. Каин поправляет его, чтобы кольцо выглядело наилучшим образом... «Метка» для Рэя? Кричащая деталь, драгоценность которую невозможно не заметить...