— Не оставлю. Никогда.
— И это не добавляет мне желания жить.
— Малыш...
— Она так провалялась часа четыре, — встревает Рэй.
— Завтра отпущу тебя к семье.
— Зачем? — безразлично спрашиваю я.
— Побыть в тишине, — это он имеет ввиду безмыслие...
— Я не хочу. Ничего
— Каин, — осторожно вступает в разговор Рэй, — мне кажется ее еще рано отпускать куда-то одну.
— Она не маленькая девочка. Она великая королева. Она вполне в состоянии позаботиться о себе.
— Как тебе результаты тестов, — интересуюсь я, лениво приоткрыв один глаз, — как двор отреагировал на мое... пробуждение?
— Элла в ярости, — расхохотался Каин.
— А Мария?
— Закрылась и не говорила ни с кем.
— Шикарно...
— Это она подарила? — Каин подошел к вышивке, которую Рэй все-таки повесил на стену.
— Да. И ты это не снимешь
— Милан, не пытайся строить меня. У тебя будет, кого строить. Что до вышивки, она... символична...
— Она напомнила мне орнаменты моей далекой родины.
— Оставь, если так.
— Ты знаешь итилийскую сказку про змею?
«Я тоже знаю эту сказку... Я рассказал бы тебе тысячи сказок...», — услышала я Рэя, — «Ну почему ты у меня не могла спросить, а его удостаиваешь разговором???»
— Которую согрели на груди, а она укусила хозяина?
— Понятно...
— А что?
— У нас такая же...
Я ухожу с головой под одеяло, окончательно потеряв к нему интерес.
★★★
Я проснулась среди ночи оттого что Рэй чуть ли не судорожно сжимает меня в объятиях. Его трясет крупной дрожью. И неприкрытая боль как острие ножа приставленное к сердцу по ту сторону ребер — удар посильнее и оно режет на части само себя...Я вдруг понимаю что все это время он держался, блокируя свое состояние, а сейчас... его самого надо спасать. И я видела это, давно, по внешним признакам, которым я разучилась доверять — по изменившейся осанке, по беспомощным паузам, утрате лоска и блеска... Я развернулась к нему лицом, пытаясь не потревожить Каина. Впрочем, Каин, как это свойственно ему, спал очень крепко...
— Теперь тебе самому нужна помощь, не так ли? Мальчик-лето, принц хаоса с глазами цвета грозы... — я хотела погладить его по щеке, но вместо этого ощутила прикосновение дрожащих губ... он дернулся мне на встречу... Но я не буду тебе помогать. Ты предал меня. Твоему брату я не верила с самого начала, я знала, что он будет использовать меня... Но ты... Я наивно полагала что тебе нужно от меня только одно, что ты не играешь в игры власти... Но та передышка, которую ты мне дал в твоем раю... она была нужна лишь для того, чтоб я сама пришла к Каину. Ты все рассчитал.
— Нет... Милана, нет...
— Да.
— Я боялся что я больше никогда тебя не увижу. Что он опять запрячет тебя. Найдет способ. Только поэтому я дерзнул похитить тебя... А отпустил я тебя потому что понял, что так или иначе ты все равно уйдешь. Не хотел тянуть время в ожидании этого момента и пытаться насладиться вымученным счастьем, когда внутри понимаешь что все уже давно решено...
— В твоих словах много боли. Но это тебя не оправдывает. Как давно ты знал о ритуале?
— Он говорил со мной об этом вскоре после того как вы вступили в брак... Как о гипотетической возможности... Я не думал что все будет так... Гипертрофированно... Это Каин.... Ознаменовать оргией потерю собственной девственности, — Рэй усмехнулся наоборот, внутрь, как если бы это означало не смех а боль, — ритуал первородного брака весьма безобиден по сравнению с этим...
Мне мерзко об этом говорить, но наверное надо... Надо признать — я в травме. Можно до бесконечности копить обиды, а можно... кажется вот для чего Каин решил отпустить меня домой...
— Я перерасту вас обоих, Рэй. Перерасту и сожру. И меня ничто не остановит. Потому что вы отняли у меня все, что могло бы меня остановить.
Рэй опять издает странный звук «внутрь себя», — то ли рыдание, то ли смех. Серию таких, лающих звуков.
— Я опоздал... Каин вылепил тебя под себя... Ты стала Каином... Прости... Прости что был рядом так мало, малышка... Впрочем, его бездушная система дала тебе новый, химический смысл. Мы все равно теперь уже никуда друг от друга не денемся. Мы три компонента одного яда которые не могут существовать друг без друга. Между нами больше не любовь и не ненависть а наркотическая зависимость вселенского масштаба... Мы обречены друг на друга. Отныне наше взаимодействие будет определять судьбу мира, и самое страшное, мы все это понимаем...
— Я прикончу тебя если ты не справишься со своим страданием. Прекрати немедленно. Это приказ!
— Милана...
— Я не намеренна спасать тебя. Мне не нужен слабый.
— Если все что ты говоришь, это не фарс, и ты готова меня сожрать... сейчас лучший момент для этого...