Странно, Рэй точно в порядке, а саднящая пустота в груди... Кристиан!!!
— Где Крис???
Я поспешно, путаясь в пояске, завязала на себе парчовый халат в «матрасную» полоску, и, увлекая за собой Каина и толпу охраны, бросилась к бывшим покоям принца.
Он лежал даже не на кровати, на диване у стены, скорчившись, прямо в одежде, уткнувшись в стену, и закрыв голову сгибом локтя.
Темнота наваливалась пластами, густая и плотная как болотная грязь...
— Крис, Крис, Крис... Где Карди?!
— Я тут госпожа... моя королева...
— Давно он так?...
— Должно быть со вчерашнего дня
— И почему ты мне не сообщила???
— А... должна была? — испуганно пролопотала она.
— Да! Соломенноголовая ты моя. В следующий раз сразу сообщай. Лично мне. В любом часу ночи.
— Я поняла вас...
— Крис... — я уселась на диван рядом сним, и склонилась, перегибаясь через плечо. Каин деликатно отвернулся, — Кристиан...
Как же его настоящее имя? Я вспомнила миндальный сад когда он мне его сказал... И из него сейчас не вытащишь, разум в состоянии коллапсирующей черной дыры... Да и какая разница, я не произнесу это вслух при посторонних... Общественное бессознание подсказало мне... Не само имя. Звук. Послевкусие звука. Прикосновение, горечь миндального лепестка... Ощущение имени... И я позвала его. Мысленно. «Айон...»
Какого черта он закрылся от меня? Не хотел «фонить», делать мне больно. Похоже эту способность рано или поздно обретают все, кто достаточно долго со мной взаимодействует и знает о моем даре. Рэю понадобился один день...
Я оттаскиваю его от спинки дивана в которую он вжался, откатываю, опрокидывая на спину. В левой руке он сжимает что-то висящее на цепочке на его шее... Я разгибаю пальцы по одному и обнаруживаю на заскорузлой ладони... кулон-сердечко... Как у наших девочек-подростков. С розовым камушком, открывающийся на половинки... А внутри.. ресничка. Моя. Та самая, что я однажды вложила ему в руку... Глупый... ведь это синтетика...
— Карди!!! Неси ножницы!
Я выдернула пальцами прядь на затылке и стала плести тоненькую косичку. Пряди были мелкие, плести пришлось долго, но Корделия так и так будет час искать эти чертовы ножницы... Девушка наконец появилась.
— Вам помочь?
— Обрежь здесь.
Я ткнула пальцем в основание косички, а после завязала ее как смогла вокруг запястья рыцаря и легла рядом, обняв его со спины — попыталась с ним сонастроиться...
Наркотическая ломка провела его в череду энграмм — картин пыток и казней, тяжелых ранений и близости смерти которые он перепроживал, разрушая свое сознание заново. Кошмар, в отличии от кошмара Каина случившийся с ним при жизни, в реальном мире, неоднократно... Госить... гасить.. гасить.. Гасить их, как затаптываешь угли костра, но помнить — в этих искорках — его сознание, погасишь последнюю — и его не станет. Надо зажечь для него другие звезды, другие воспоминания, вывести к свету, нормализовать его состояние, но я не могу... Только... Через тело... Пусть тело чувствует больше не боль а отдохновение, пусть в разум придет сигнал о том, что реальный мир безопасен... Я глажу его, повторяя его мысленное имя, ту формулу что дала ноосфера...
— Айон...
— Милаха...
— Я...
— Пришла... — его пальцы чуть дрогнули, словно команда сжать мою руку была послана мозгом но не была исполнена, как в сломанный механизм...
— Пришла, — согласилась я.
— Я и не думал, что когда-нибудь... теперь...
— Тсссс.... спи... и пусть тебе снится, как мы лежали в объятиях, сгорая от нежности... спи... я скоро прийду...
Это лучшее что для него можно сделать сейчас... По вдруг опавшему тонусу, по прекращению дрожи, сопротивления — я понимаю — он отрубился. Но на этот раз его тело не в судороге, а в позе расслабленного покоя... Я еще какое-то время вожу пальцем по линии на его ладони, потом медленно поднимаюсь.
Зачем-то трогаю руками лицо, потом руки, потом одежду. Каин стоит ко мне спиной и молча смотрит в окно.
— Мы можем идти, — говорю я.
Странно, но это звучит, как будто я ему приказываю. И он почему-то подчиняется. Подходит ближе, поправляет мои волосы и одежду и молча открывает передо мной дверь.
Драконы, целый небольшой отряд, человек десять смотрят на меня. Я вдруг понимаю, — все они были в зале церемоний. Они помнят все, как бы я не пыталась это забыть в какие бы уголки мозга я это не прятала, вокруг меня теперь вовек живые напоминания о произошедшем... Их мысли с тех пор изменились, они более мясные, прямые, контактные... Не из серии «меня хотят» но вполне осязаемый интерес...